В сумерках над пустыней стелется теплый, дрожащий от заката воздух, в это время жуткие комары нападают на все живое. Я смотрю на далекие холмы и мрачные крепости, а сам провожу последние минуты перед долгой ночью в камере.
Удивительно, что она тебя в драке тотально не размотала. Я её в деле видел, так что имею представление о её настоящих способностях. Серёга, ты помнишь, что случилось, когда вы из степи выходили?
— Издеваешься, командир? У нас тогда половину колоны разобрали.
— Вот-вот, а эта девчонка была единственной выжившей из напавшей на вас группы.
— И какой гений решил нас в одну группу назначить? — в истовом возмущении я всплеснул руками, смотря в лицо напряжённого командира, — Твен, ну не дело же это!
— Указ президента.
— Я думал, что наши школы несколько более независимы от центральной власти.
— Ошибаешься. Определённая автономность есть, и никто её не отбирает, но если мы решимся сейчас не подчиниться, то задавят нас за считанные минуты.
— И что нам тогда делать?"
"— Мириться.
— Зашибись… — вздохнул я, — Давай тогда адрес. Пойду разговаривать.
Давненько мне не приходилось целенаправленно идти на встречу с женщиной. Особенно подобного типа взаимоотношений у меня не было с теми, кто лишь вчера пытался меня убить, если не пронзив ножом, то уж точно попытавшись испепелить магическим огнём.
Больше всего меня сейчас заботил факт, что моё появление сочтут за очередную попытку вторжения с последующим желанием убить. Спасал лишь факт, что «фурии» также должны были дать серьёзную взбучку, так что встреча должна пройти в своеобразном вооружённом паритете.
Когда я подъехал к нужному дому, где должна была проживать девица, то перед мной встал крайне сложный в решении вопрос.
