Автор
Молодая женщина с рыжими волосами лежит в отдаленном от цивилизации номере, чувствуя себя невесомой и замерзшей. Окна заколочены, и дыхание за окном кажется последней надеждой на свежий воздух. Она не может даже поднять руки к носу, чтобы потупить его. Это зимнее уныние, словно стеклянная пропасть между миром и теплою теплотою дома....
Черноокий общительный бармен подходил на роль информатора, как никто другой.
— Доброе утро, мадемуазель! Вы прекрасно выглядите. Как ваше здоровье?
— С каждой минутой все лучше. — Даша забралась на высокий барный табурет. — Думаю, благодаря отварам нашего пастора. Знаете, если бы у него не была столь чудовищная фамилия — непременно зашла бы его отблагодарить.
Бармен перегнулся через стойку и прошептал заговорщицким голосом:
— Между собой мы зовем его месье Ха-ха.
Даша фыркнула.
— Месье Ха-ха? Не слишком-то подходит к его постному виду.
— Нет, конечно, нет. — Черные глаза стали еще лукавее.— Хотя многие наши постояльцы обрели новое имя именно благодаря мне.
— Ужас. — Она шутливо погрозила пальцем.
— Это всего лишь для удобства. Надеюсь, мадемуазель, меня не выдаст?
— Если пообещаете не давать мне кличку.
— Ну что вы! Таким прекрасным дамам — никогда. Не желаете бокал горячего вина?
Даша невольно посмотрела в сторону ресторана, где большинство отдыхающих только готовились приступить к завтраку.
— А не рано?
— Исключительно в лечебных целях.
— Ну, если в лечебных, тогда не откажусь.
В воздухе запахло теплым уксусом и гвоздикой
— Как жаль, что вы не были на рождественском вечере. Обед удался на славу. — Француз ловко орудовал на своей крошечной кухне. — Впрочем, я приберег дюжину устриц и буду рад вам их приготовить. Что вы на это скажете?
На «это» Даша ощутила нехорошее тепло в желудке: она слишком долго страдала насморком, чтобы думать о моллюсках, все напоминающее соответствующую консистенцию вызывало тошноту.
— Устрицы? Как мило, — фраза прозвучала с беззастенчивой фальшью. — Но может... как-нибудь в другой раз? Не хотелось бы отвлекать вас от работы...
— Я как раз хотел предложить вам поужинать после работы. Осталась чудная кровяная колбаса и улитки. Вы обязательно должны попробовать.
— Да боже меня упаси... — пробормотала Даша по-русски, поспешно делая большой глоток глинтвейна. После чего добавила по-английски: — Обязательно попробую.
— Слава богу, нет. — Красивое лицо омрачила легкая тень. — Если не считать того, что кое-кто из гостей собирается покинуть гостиницу.
— Не может быть, — без особого удивления заметила Даша. — Какие, однако, существуют впечатлительные особы. Наверняка женщины?
— Хуже.
— Хуже?
«Интересно, кто это у французов хуже женщины?»
— Преподобный отец.
