— Товарищи командиры, — отчетливо произнес Чалый, — никого сюда не впускать. Генерал Острогоров случайно ранил себя и будет направлен в санчасть. Нигде никаких разговоров о самоубийстве! Всем немедленно возвратиться к работе! Вызовите санитаров, — приказал он Малютину.
Балашов смотрел молча в темное лицо Острогорова с задранным вверх, поросшим седой щетиной подбородком.
— Приказали явиться, товарищ командующий? — обратился к Балашову Чалый, словно ничего не случилось
— Ну как с правым флангом у Чебрецова? — медленно спросил Балашов, силясь поддаться его тону, но продолжая глядеть на недвижную голову самоубийцы.
— Артиллерии дан приказ и ориентиры. Продолжаем разведку. Дополнительно ставят мины. Из пополнения вызвали сто пятьдесят охотников в отряд истребителей танков, — докладывал Чалый.
Вошли санитары и молча вынесли на носилках тело самоубийцы.
— Нехорошо кончил Логин, — произнес Балашов, садясь к столу, в свое топорной работы кресло. — Не-хо-ро-шо… — повторил он, явно не слыша слов, сказанных Чалым, и глядя на то место, где перед тем лежал мертвый Острогоров.
— Займемся делом, Петр Николаич, — сказал тут же вошедший Ивакин. — Дежурный! Лампу поярче! — властно выкрикнул он, не задав никаких вопросов.
Настала холодная ночь. Большая луна еще пряталась в появившихся негустых облаках, но уже готова была прорвать их завесу. От Вязьмы время от времени слышались короткие автоматные очереди, и по темным полям летели стайки трассирующих пуль. Это фашисты, должно быть, пытались настичь людей, бежавших из города, от террора десантников. Пожары и стрельба в самом городе не прекращались. Особенно упорно трещала перестрелка на юге, в районе вокзала, где закрепился батальон Трошина.
На левый фланг дивизии Чебрецова в наступивших сумерках выдвинули пополненный и доукомплектованный полк майора Царевича, батальон которого уже занимал вокзал Вязьмы.
Этот полк усилили артиллерией и минометами. Бурнин сообщил, что за полком Царевича подготовлен в резерве еще батальон, как приказал Балашов — для развития и закрепления успеха Царевича.
Группа разведчиков, возвратясь на КП Царевича, доложила, что парашютисты силами до батальона ведут наступление на вокзал. Внезапным ударом в их фланг можно помочь батальону Трошина и установить взаимодействие с ним в дальнейшем бою.
С севера, как было условлено, ополченские части вступили в ожесточенную перестрелку с фашистами. Били из минометов по северной части города, отдельными группами наступали к окраинным огородам.
Балашов возвратился к ночи сюда, на КП левого фланга. Чебрецов и Бурнин еще раз изложили командарму намечаемый план боя.
Все прислушивались к стрельбе на севере, у ополченцев, наблюдали орудийные вспышки.