— Дурак ты, я вижу, — равнодушно обронила она и отвернулась.
— Мы, тетя, прошли далеко. Это он притомился и оттого подурел, а так он ничего, — как бы прося извинения за друга, сказал Бурнин. — Вы все-таки Кате скажите, что от доктора Миши Варакина мы ей низкий поклон принесли, от Михайлы Степановича…
— А где сам-то Миша? — живее спросила та.
— Миша там, где нас нету. В плену остался. А вы его знаете?
— Молоденьким знала. С дедушкой к нам наезжал…
— Сумеете Кате сказать?
— Не знаю… — смягчилась женщина. — Может, сумею. А вы тут, ребята, лежите, под бузиной, никуда ни шагу! Вам отсюда все будет видно, а вас — никому. Позиция важная, прямо сказать… — Женщина осеклась и замолчала…
Она поднялась с междурядья, нарвала возле изгороди целый сноп крапивы, повернулась к ним и оказалась довольно еще молодой. Подойдя к кустам бузины, она бросила наземь крапиву, рассмотрев при этом и Бурнина и Сергея, заключила:
— Только свои по этой стежке приходят. Лежите. Я ей пошлю сказать…
Уже в темноте хозяйка принесла им горячей картошки, молока в бутылке и небольшой кусок сала.
— Ей нынче сюда нельзя. Сойдите сами туда вон, к лодочной переправе, — указала она рукой. — На рассвете женщина будет белье полоскать в реке, она отведет, к кому надо…
— А Катя? — разочарованно произнес Бурнин.
— Ведь эка настырный — Катя да Катя!.. Ты слушай, чего говорю: полежали — и будет. Теперь ступайте…
Оказалось, что полоскала белье сама Катя. Они оба сразу ее узнали. Бурнин подошел и сказал условное слово, названное вчерашней знакомой.
— Отойдите вон в те кусты, — отозвалась она, не взглянув. — Там будет спокойней.
Она дополоскала белье, неторопливо отжала, сложила в корзину и, сильным движением поставив ее на плечо, пошла развешивать на веревку возле хижинки перевозчика.
Бурнин и Сергей поджидали ее на опушке. Катя присела с ними рядом в траву.
— Издалека ли? — спросила она.
Они назвали свой лагерь.
— Думали, скоро дойдем, а шли больше месяца! — сказал Сергей.
— Зато и ушли вон куда!
— Вам поклон от доктора Миши Варакина. Гнали в плен — он узнал вас возле колодца, — добавил Бурнин.
— А сам он где же? — спросила Катя.
— Не успел бежать, угнали в Германию.
— А вы куда помышляете?
— На Большую землю, на фронт. Куда же!
— Ну, мало ли… Кто ведь и в партизаны идет, здесь дерется… Все равно сначала идемте со мной. День придется в болоте пересидеть…
— У нас оружия много тут, надо с собой захватить, — возразил Сергей.
— Как хотите. Можно сказать, где спрятали, ребята и сами возьмут, — просто предложила она.
Но Сергею хотелось взять все с собою. Ведь это были их собственные трофеи! Они подобрали все и между кустами скользнули в лес.