Советские воины оказались в фашистском плену после тяжелых боев. Они борются за свободу, организуя подпольную антифашистскую деятельность и подготовку восстания. История показывает стойкость людей, противостоящих врагу в условиях плена.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пропавшие без вести»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Советские воины оказались в фашистском плену после тяжелых боев. Они борются за свободу, организуя подпольную антифашистскую деятельность и подготовку восстания. История показывает стойкость людей, противостоящих врагу в условиях плена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Советские воины оказались в фашистском плену после тяжелых боев. Они борются за свободу, организуя подпольную антифашистскую деятельность и подготовку восстания. История показывает стойкость людей, противостоящих врагу в условиях плена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Они «бдительность» тотчас проявят: «В оккупации, скажут, была?» — «Была». — «Муж погиб в заключении, изменник и враг народа. Сама тоже три года сидела? Ну, понятно! — скажут. — Озлоблена на советскую власть. А может, она от немцев теперь сюда со шпионским заданием!..» Меня и схватят… Может, так годика через три следствие разберется, не знаю… А я хочу жить, бить фашистов, советскую землю свою защищать вместе со всем народом, а не сидеть под следствием. Я тут, вот тут, докажу своей жизнью, а нет — так и смертью, что советские люди везде остаются советскими, что тот, кто не верит им, кто внушает неверие, тот только вредит коммунизму.
— Кому же хотите вы доказать? — спросил Анатолий.
— Не знаю… Партии, может быть. Советской власти… От кого идет недоверие? Кто его породил? Я была и в тюрьме, и в лагере. Я видела, какие там были честные и хорошие люди. Вся боль их была не за себя, не за личные судьбы, а за родину, за советскую власть. Почему их держали в тюрьме? И женщины были — жены, матери, сестры этих людей, старая большевичка одна была, которая Ленина знала, до революции в тюрьмах сидела… Никто не может понять, в чем дело… Но есть, должно быть, какие-то злые силы. Не вечно же им пятнать советскую землю. Вот народ победит фашистов и с ними тогда разберется… Я верю в это. Ведь все-таки правда должна победить, Анатолий Корнилыч! Есть же на свете наша, советская правда!..
— Н-нда-а… — тяжело произнес Бурнин.
Что было ему ответить на вопль изболевшегося человека? Выросший в комсомоле и в партии, с юности вступив в Красную Армию, Анатолий верил в безусловную целесообразность всего, что делается советским правительством. Все, кого назвали в газетах врагом народа, были ему ненавистны, как предатели и фашисты. О том, что могут быть совершены ошибки советскими судебными органами, он никогда не думал, пока не столкнулся с Петром Николаевичем Балашовым, который был выпущен из тюрьмы и тотчас же получил повышение в звании, высокое назначение… Значит, была в отношении его допущена большая ошибка… Но ведь и он не озлобился, ни от чего не отрекся. Остался большевиком… Сделай Катя свои признания раньше, пока Анатолий не видел ее готовой на смертный подвиг против фашистов, — его, наверное, возмутили бы и оттолкнули ее слова. Но сейчас она была проверена жизнью и смертью. Нет, такие не лгут! Она может лишь искренне заблуждаться сама. И для нее это, конечно, трагедия…
Анатолий почти не мог ей поверить, но не мог он и возражать. Он молчал, глядя на воду, которая просвечивала сквозь густые стебли камышняка, обступившего крохотный островок, на вьющихся над камышом стрекоз…
Катя тоже молчала, опершись подбородком на скрещенные впереди себя руки.
