– В разведгруппу в обязательном порядке надо включить политработника в ранге заместителя командира группы, – неожиданно поддержал Лоскутова Рогожин. – Мы в таком ответственном задании ни в коем случае не должны пускать на самотек партийно-политическую работу.
– Итак, – подытожил Морозов, – отбросив словесную шелуху, которой нас досыта накормил капитан Лоскутов, стоит признать, что его предложение об увеличении личного состава разведгруппы заслуживает внимания. Действительно, в рейд пойдет инженер, замены которому нет. Я думаю, что инженер не должен нести продукты и шанцевый инструмент. Радист не должен нести запасные батареи. Медик не должен заступать в караул, а замполит группы готовить пищу. До завтрашнего утра план переработать и к девяти ноль-ноль представить мне на утверждение. Все свободны! Стенографист, ко мне!
– Из протокола совещания уберешь все рассуждения Лоскутова об отхожем месте. Изложи коротко: капитан Лоскутов предложил усилить состав группы. Свои коррективы в план внес полковник Рогожин. Совещание одобрило предложения товарищей Лоскутова и Рогожина. Все понял? Иди, переписывай.
На первом этаже Колесников остановил Николая Егоровича.
– Если бы ты, сукин сын, работал в моем управлении, я бы тебя в порошок стер! Ты почему, стервец, со мной не поделился своими выкладками? Еще раз допустишь такую выходку, я на тебя начальнику Генштаба докладную напишу. Понял?
– Проект личного состава группы мне писать? – улыбнулся Лоскутов.
Поезд с военнослужащими прибыл на мурманский вокзал по расписанию. Якушев, согласно полученным инструкциям, поехал в штаб Северного флота. Лукин покидать вокзал не спешил. Наметанным глазом он вычленил из праздношатающихся по перрону граждан торговцев спиртным и уже решил прикупить бутылочку, чтобы вечерком отметить приезд, как из центральных дверей вышел комендантский патруль. Завидев Лукина, начальник патруля направился к нему.
«Что за странный город! – подумал белорус. – Не успел я приехать, как уже чем-то патрулю не угодил. На перроне военных полным-полно, а они ко мне решили придраться».
Стараясь не смотреть на «комендачей», Лукин полез во внутренний карман за документами.
– Как погода в Москве? – спросил его начальник патруля.
Лукин бросил шариться по карманам, выпрямился.
– Монгол! Ты ли это?
К удивлению окружающих, рядовой-пехотинец и начальник патруля обнялись.
– Лука, здесь не партизанский отряд, – прошептал Монгол. – Обращайся ко мне по званию.