– Я зачитаю вам отрывки из письма немецкой домохозяйки фрау Марты своему мужу на фронт, – полковник развернул лист бумаги и стал читать. Со стороны могло показаться, что Рогожин читает то самое письмо, что немка написала мужу.
– Детская шубка, которую ты прислал из России, оказалась запачкана кровью. Я ходила в химчистку, но они сказали, что засохшая человеческая кровь очень плохо удаляется с меха. Мне пришлось доплатить за специальный реагент 20 марок, но зато теперь шубка как новенькая. В другой раз, когда будешь забирать у русских варваров теплые вещи, будь поаккуратнее, постарайся не пачкать их в крови.
Рогожин разорвал письмо и выбросил клочки перед собой.
– Эту тварь не волнует, что ее муж вначале убил ребенка, а уж потом снял с него, с мертвого, одежду. Она, эта фрау Марта, живет в сытости и волнуется только о том, как бы вновь не пришлось переплачивать за химчистку. Мы имеем сведения, что немцы пытаются создать оружие, основанное на новых физических принципах. Такое оружие, которое позволит надежно прикрыть их города от бомбардировок. Ваш долг – разведать все об этом оружии, чтобы наши бомбардировщики смогли сбросить на голову этой фрау Марты наш смертоносный советский привет.
В первый раз Лоскутов слышал текст этого письма еще на Волховском фронте. В зависимости от поставленных задач менялся резюмирующий призыв. Обычно замполиты призывали убить мужа фрау Марты, чтобы она вместо детской шубки получила похоронку. Но замысел с заменой мужа на саму кровожадную фрау тоже был неплох.
В 22 часа Лоскутов приказал грузиться в автомобили.
Прощаясь, генерал Морозов показал Николаю Егоровичу майорские погоны.
– Вернешься, наденешь. Приказ о присвоении тебе очередного звания уже подписан.
– Я постараюсь оправдать ваше доверие, товарищ генерал, – мысленно Лоскутов был уже в пути. Известие о повышении в знании он воспринял как событие, которое не имеет к его нынешней действительности никакого отношения. Какая разница, кем он сойдет на норвежский берег: капитаном, майором или полковником? Если суждено погибнуть, то пуле ведь без разницы, какие погоны носит жертва. А если ему удастся вернуться живым, то это само по себе будет такой наградой, по сравнению с которой меркнут все звания и ордена.
В порту грузовики с десантниками, не останавливаясь для досмотра на КПП, один за другим подъезжали прямо к теплоходу. Едва грузовик останавливался, как разведчики горохом высыпались из кузова и, подхватив ранцы, бегом поднимались по трапу на борт. Лоскутов зашел на корабль последним. В порту его никто не провожал. По его бойцам никто в Мурманске не плакал. Операцию по отправке отряда удалось провести незаметно.
Ах да, одна девчонка в городе все-таки плакала. Но об этом знал только Монгол.