Но не осмелился сказать это достаточно громко — так, чтобы слышала Анника. Это было бы не просто непредусмотрительно, а глупо.
Анника сидела у себя в приемной за стеклянной перегородкой и улыбалась, поглядывая поверх очков, которые, как обычно, балансировали у нее на кончике носа. Она точно знала, какие мыслишки крутились в голове у Мухолова, но не особенно переживала по этому поводу. Она уже давным-давно перестала обращать внимание на его ворчание. От него сейчас требовалось только одно — чтобы он выполнил свою работу и ничего не напорол. Хотя в сочетании с Эрнстом они могли стать опасной комбинацией. Но в этом случае она могла процитировать волчицу Кайсу: «когда жрать хочется, то и лягушка мясо».
Эрнст не собирался вылезать из кровати, а тем более чем-то заниматься. Голова у него гудела после вчерашнего; он знал, что шефа нет в участке, и поэтому размышлял, лежа под одеялом, насколько необходимо его присутствие на работе. Раздавшийся внезапно резкий и продолжительный звонок в дверь определенно грозил разрушить все его планы.
— Ну, что там еще за дерьмо?
Перед дверью стоял Ёста, все еще держа палец возле кнопки звонка.
— Нам надо поработать.
— А часок это подождать не может? — сказал Эрнст недовольно.
— Нет, нам надо ехать прямо сейчас и поговорить с фермером, покупавшим удобрение, которое криминалисты нашли на телах.
— И что, опять этот паршивый Хедстрём командует? Разве не он сам сказал, что отстраняет меня от этого его гребаного расследования?
Ёста колебался, что будет лучше: соврать или сказать, как оно есть, — и остановился на втором варианте.
— Нет, Хедстрём во Фьельбаке с Молином и Мелльбергом. Это Анника нас запрягла.
— Анника? — выпучил глаза Эрнст. — И с каких это, интересно, пор нами с тобой командует какая-то чертова секретарша? Ну, ты как хочешь, а я лучше пойду еще немного посплю.
И он с усмешечкой начал закрывать дверь прямо перед носом Ёсты. Ёста просунул ногу между дверью и косяком и остановил его.
— Слушай меня, я считаю, что нам надо туда сгонять и поинтересоваться, что и как. — Ёста сделал паузу, а потом привел единственный аргумент, который, как он знал, Эрнст выслушает: — Ты только представь, какая будет физиономия у Хедстрёма, если мы раскроем дело. Кто его знает, может, этот хрен навозный и держит где-нибудь у себя в хозяйстве девушку. И что, разве будет погано прийти к Мелльбергу и выложить ему такую новость?
По тому, как засветилось лицо Эрнста Лундгрена, Ёста понял, что он со своими доводами попал в точку. Судя по всему, у Эрнста в ушах уже звучали одобрительные речи шефа.
— Погоди, я только оденусь. Подожди у машины.
Через десять минут они уже ехали в направлении Фьельбаки. Хозяйство Рольфа Перссона примыкало к владениям Хультов, но располагалось чуть южнее.