Автор
В мире Пиррии жестоких песчаных драконов и их хрупких маленьких хранителей начинается тайна древнего пророчества. Джоне, незаметного мальчишке с песчаным драконом на шее, предстоит исследовать тайны прошедших эпох и разгадать загадку исчезнувшего короля. Влажные леса, горы из чёрного бронзового кремня, океаны синих облаков — мир настолько волшебный и опасный, что даже драконы предпочитают не видеть его....
Как отыскать друзей в этом бесконечном нагромождении? Мир так огромен – разве способны пятеро маленьких драконят его спасти?
Цунами летела впереди, у самой земли, огибая высокие древесные стволы и заглядывая в тёмные ущелья. Её крылья с каждым взмахом двигались всё увереннее. Солнце уже поднималось над горами и слепило глаза. Глин не привык к такому яркому свету, а ведь ещё только наступил рассвет. Что же будет в полдень?
– Сюда! – крикнула Цунами, кивая на тёмную впадину в крутом горном склоне.
Драконята опустились на каменный уступ перед небольшой пещерой, откуда открывался обзор в сторону плато и окружающих долин. Глин выглядывал с опаской, но никаких признаков погони не заметил, и рокот водопада вдали был едва слышен.
– И как ты только решилась! – Дракончик взглянул на Цунами."
"– Другого выхода не было, – объяснила она, но без своей обычной уверенности. Озабоченно почесала жабры и направилась в пещеру посмотреть, нет ли там кого-нибудь.
Глину очень хотел её успокоить, но и сам весь издёргался.
– Да ты прямо сияешь! – удивилась Цунами, взглянув на него из пещеры. – Вот не думала, что земляные тоже разноцветные.
Он открыл глаза и осмотрел себя со всех сторон. Привычная бурая чешуя оттенка болотной тины от рожек до когтей на ярком свету переливалась золотистыми янтарными искорками, и даже сам бурый цвет казался глубже и теплее, словно у сундука из красного дерева, в котором Ласт хранил самые ценные и хрупкие свитки.
– Хм… – подивился он.
– Такой хорошенький, – хихикнула Цунами, выходя наружу. Глин посмотрел на неё и ахнул. Солнце сверкало на её чешуе сапфирами и изумрудами, как на изысканной драгоценности. Оттенки переливались, будто колышущаяся летняя листва или поверхность моря.
Он сразу подумал об Ореоле. Какой же предстала бы здесь радужная, если даже в мрачных пещерах она поражала всех своей красотой? Наверное, даже смотреть было бы трудно.
Ореола… Он снова прищурился, вглядываясь в горный пейзаж. Вход в пещеры мог открываться из любой расщелины или нагромождения скал. Если бы знать, какой он снаружи! И куда ни глянь, никаких признаков дыма.
Солнце уже оторвалось от горизонта и медленно карабкалось на небо, затмевая заходящие луны своим сиянием. Над отдалёнными пиками мерцали какие-то красноватые тени, и Глин не сразу понял, что это.
