Я стучал на застекленной железной двери подвала. Внутри тихо, словно затянувшаяся в тени паутина. Наконец глазок повернулся, и я показал кого-то своему лицом — дежурному. Он смотрел на меня из засекреченного проема, будто проверял мою легенду. Внутри было еще тише - скрип половицы под ногами, глухой стук шагов по лестнице вниз....
Хоть к детектору лжи его подключай, всё покажет.
Но могли ли Ганс и Сёма сами работать на Кросса? Маловероятно, Кросс блатных не любит. Работать на Слепого? Точно нет, особенно не смог бы Ганс. На Артура? Не думаю, тот придирчив к выбору «сотрудников».
Могло ли быть так, что на отца планировалось несколько покушений, но первой успела банда чёрных риелторов? Да. Надо выяснить у отца мимоходом, что он накопал по ним, раз кто-то решил его устранять. Придумать, как ему объяснить, насколько это серьёзно, и пусть расскажет, какие у него есть наработки.
И вполне могло быть так, что я выяснил пока ещё не всё, и только из-за этого не вижу связи между двумя этими, казалось бы, разными случаями. Дальше может что-то всплыть.
Но и у других бандитов был повод стрелять в него. РУОП — особая структура, просуществует все девяностые. Через пару лет их переименуют в РУБОП, и региональное управление организованной преступности станет региональным управлением по борьбе с организованной преступностью (что породит кучу шуток по этому поводу).
"Занимается она борьбой с преступлениями, причём, что называется, по-крупному — воюет с бандитизмом, коррупцией, с похищениями людей и терроризмом. При этом не подчиняется местному милицейскому руководству, поэтому братва их боится, ведь рычагов воздействия на на это управление намного меньше, чем на городскую милицию.
Методы у них свои, и не всех это устраивало. В начале двухтысячных структура обзаведется усеченным преемником — УБОП, потом такой службы больше не будет, а борьбу с организованной преступностью спустят на места.
Но, конечно, наивно полагать, что ОПГ вдруг исчезнут как явление. Останутся самые умные, кто успел пролезть в бизнес и власть, кто сумел наладить работу в новых условиях, да и новые будут появляться пачками, более дерзкие, более умные и более осторожные, куда лучше разбирающиеся в современных технологиях.
А такие бандиты старого формата, как Виктор Орлов образца того 21-го века, в котором я уже умер, к тому времени станут настоящими музейными экспонатами, реликтами, которые будут восприниматься как внезапно ожившие динозавры или мамонты.
