Я стучал на застекленной железной двери подвала. Внутри тихо, словно затянувшаяся в тени паутина. Наконец глазок повернулся, и я показал кого-то своему лицом — дежурному. Он смотрел на меня из засекреченного проема, будто проверял мою легенду. Внутри было еще тише - скрип половицы под ногами, глухой стук шагов по лестнице вниз....
Маленький, едва заметный карточный туз на тыльной стороне левой кисти, и выглядел он так, будто его уже пытались сводить.
— Ты разве судим? — спросил я. Знал, что он не привлекался по малолетству, но татуировка-то тюремная. — Откуда такой партак? Отбывал где-то?
— Нет, конечно, не сидел, и не собираюсь, — он засмеялся, немного расслабившись, потом поднял руку, показывая мне татуировку. — Сделали парни знакомые, по дружбе, в журнале каком-то увидели.
— В карты, выходит, играешь?
— Бывает, — он огляделся. — Уже пожалел, что сделал.
Федюнин нервно заулыбался, Толя хмыкнул.
А мне было не до смеха…
Меня там не было, но я знал обстоятельства дела наизусть.
Центр города, день, ещё тёплый, но уже передавали, что скоро будет снег. Тогда дали получку, отец вышел из москвича и пошёл покупать сигареты к киоску у дороги.
А на обочине остановилась грязная белая копейка без номеров. Хромающий пассажир в чёрной вязаной маске вышел из машины и сразу же начал стрелять отцу в спину из ТТ. Выстрелил пять раз, на шестой пистолет заклинило, и убийца его бросил прямо там, в лужу. Отпечатки смазались, по ним ничего определить не вышло. Да и не остаются толком следы рук на пистолете. Редкость это — потому что поверхность неподходящая. Это только в сериалах везде пальчики умудряются найти, даже на хлебе, не говоря уже об оружии, части которого рифленые, угловатые, еще и в масле, и площадь гладких элементов критично мала для оставления пригодных следов.
Дистанция выстрела была меньше пяти метров, но киллер тогда умудрился промазать аж целых три раза. Криминалист Кирилл говорил, что опыта в стрельбе не хватило, убийца после первых выстрелов, как неосознанно делали многие новички, когда стреляли впервые, начал напрягать кисть и вести руку вниз, чтобы компенсировать отдачу, а еще на спуск давил судорожно и с силой, отчего ствол загибало влево, поэтому так мазал.
Но первые два выстрела попали в цель, одна пуля попала в сердце — почти мгновенная смерть.
А потом начинались странности. Киллер сел в машину, она уехала. Вскоре её нашли на обочине за городом. Водитель был мёртв, убит выстрелом в упор прямо в лицо, а сидевший сзади человек в кожанке и с огнестрельным ранением живота был ещё жив.
