Командир Анатолий Суворов переходит на новую должность и возглавляет группу диверсантов. Вместо танков и моторизованных войск он теперь ведет людей в рейды по тылам врага, используя совершенно иную тактику и технику ведения боя. Отчаянные схватки и опасные операции испытают его способность...
Раздел Chitat.online для книги «Прорыв» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Командир Анатолий Суворов переходит на новую должность и возглавляет группу диверсантов. Вместо танков и моторизованных войск он теперь ведет людей в рейды по тылам врага, используя совершенно иную тактику и технику ведения боя. Отчаянные схватки и опасные операции испытают его способность...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Командир Анатолий Суворов переходит на новую должность и возглавляет группу диверсантов. Вместо танков и моторизованных войск он теперь ведет людей в рейды по тылам врага, используя совершенно иную тактику и технику ведения боя. Отчаянные схватки и опасные операции испытают его способность...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Значит, тут нужно брать «языков», именно во множественном числе, узнавать обо всем и обо всех, и вот тогда можно будет уже что-то начинать планировать, а сейчас это как гадание на кофейной гуще. Меня как-то всё это мало устраивало. Я сторонник качественно проведённой разведки и анализа допросов «языков». На шару куда-либо лезть очень не хочется, не могу просчитать, что из этого выйдет, а это бесит больше всего. Импровизация – это проводимая операция, составленная на достоверных разведданных или фактах, полученных только что. А на шару – это лезть в неизвестность. Не путайте, всё же это разные вещи, и сейчас у нас операция идёт именно по второй, что мне и не нравится. Вот не люблю так работать, хотя изредка и приходится. Да что изредка, чаще, чем хотелось бы.
– Что-то дорога пуста, сорок минут уже лежим, арба эта давным-давно скрылась, никого так и нет, – осмотрев обе стороны дороги, пробормотал Бабочкин.
Достав карту из планшетки, я ещё раз бросил на неё взгляд, хотя местность вроде как изучил по ней по памяти отчётливо. Мне нужны эти, казалось бы лишние движения, чтобы подумать. И вроде надумал вполне возможную версию.
– Тут может влиять несколько факторов на загруженность дороги. Один из них – это то, что есть объездная дорога, вот она отмечена неподалёку от железной дороги. Но ещё стоит учитывать, что недавно рассвело, пока позавтракают, пока машины проверят и колонну сформируют… Но ты прав, один старик на арбе, и всё, это странно. К тому же ранним утром, да на уже загруженной. Ты приметил, на стоге, что он вёз, вроде остатки росы были?
– Да вроде блестела трава при свете солнца, я ещё подумал, где тот её намочить успел, вроде дождя не было.
– Значит, он ещё вчера загрузил сеном телегу, а только сейчас перевозит её. То-то меня так удивило его появление. Ладно, давай к нашим, отправь сюда двух бойцов, пусть продолжат наблюдение, а мы позавтракаем. Уже хочется что-то.
Чуть позже подползли бойцы, что продолжили наблюдение, они уже успели позавтракать, а я отполз обратно и, добравшись до лагеря, взял приготовленную Бабочкиным мою порцию, да ещё кружку с горячим чаем, у двух бойцов в ранцах были термосы, Фомин успел подогреть чаю и залить в термосы, пока мы самолёт маскировали. Так что под чай бутерброды пошли отлично. Да и немецкие сосиски с консервированным хлебом мне, откровенно говоря, нравились, особенно с голодухи.
