Внизу затаились ложные фельджандармы, заметивших лишь на начальном этапе Лосева — красноармейца среди рядовых. Теперь они были уверены в его честности, когда он сидел за старшим сержантом Минским. Казанцев вышел к группе, присоединяясь к нам и кому-то из своих бойцов. Диалог был недолгим, но напряженным — как и весь их поход....
Сама улица пуста, когда мы обычно выкатываемся на улицу, то лишь замечаем последних разбегающихся, мелькающих в разных местах, а так там, где мы едем, город как будто вымирает. Нет, разную технику, брошенные вещи или велосипеды, с редкими мотоциклами, встречали, это моя законная добыча, но людей не было. Приметив слева большие стеклянные окна какого-то магазина, кажется итальянской обуви, где потолки были высокие, я скомандовал:
– Держитесь, идём сквозь здание."
"Повернул, ревя мотором бронемашины. Пушки успели ударить вдали, и даже попали, но пробитий не было.
Парни молчали, быстро снаряжали диски, а Берёзов сообщал мне, где и сколько немцев, вот я и погнал дальше, давя всё, что можно, и всё, что вижу. В основном армейскую технику, но и гражданской не брезговал, пусть знают, как воевать с нами. Война – это где-то далеко… ага, как же, вот мы и показали, как она далеко.
– Командир, – окликнул меня Берёзов, пока мы шли на максимальной скорости по одной из улиц. Я уже убедился, что нужно двигаться резвее, чтобы по пути нам не устроили ловушку или засаду.
– Слушаю.
– Я тут подумал, а если бы в том здании подвал глубокий был, а пол хлипкий?
Мне даже поплохело от такой мысли. Почему-то она мне в голову не пришла, даже мимо не пролетала.
