Капитан Мороз сидел в кабинете, за обшарпанным столом из зеленого сукна, перебирая бумаги в картонной папке с чернильными пятнами. На его крестьянских руках - особенно на среднем пальце правой руки - тоже имелись подобные заметки. Не любил он эти записки, их скрип и таинственное предназначение....
Он, как и Буторин, сидит сейчас с автоматом у окна, забитого фанерой. Точнее, прикрытого фанерой, которая еле держится на маленьких гвоздях. И окно это на первом этаже, в помещении хозяйственной конторы, которая соседствует со сберкассой.
Стоп! Идут… Буторин хорошо видел, как три темные фигуры скользнули вдоль стены справа. Миновали дверь, за которой прятался Сосновский, и стали приближаться к сберкассе. Двое высоких, один низкий. Ребенок, что ли? Хотят его в форточку засунуть?.
– Ах, мать вашу, – проворчал Буторин, беззвучно шевеля губами. – Только бы ребята не стали горячиться. Что-то многовато бандитов.
По плану, Буторин должен был атаковать банду, как только та начнет активную фазу нападения и проникновения внутрь.
Напряжение достигло предела. Буторин никак не рассчитывал, что придется столкнуться с такими силами бандитов, вооруженных автоматами. Он знал от оперативников, что банда получила наводку о большой сумме, которая в ночь останется в помещении сберкассы. Эту информацию сами оперативники и распространили.
