Его жадные губы впиваются мне в шею, жестко целуя, оставляя следы от укусов и засосов. Мне невыносимо жарко, и нестерпимо больно ноет низ живота. Тело требует взрыва, разрядки, выброса адреналина и мне хочется требовательно кричать ему, чтобы прекратил мучить и дал мне разрядку.
— Марк! Марк… Мар… — то кричу, то шепчу его имя, закатывая глаза, задыхаясь от его ласк.
— Замолчи! — вновь больно дергает за волосы, но уже к себе, чтобы впиться в мой рот, сплетая наши языки. Движение его пальцев ускоряется, клитор уже горит, мышцы лона сжимаются, стискивая пульсирующий член и я на грани оргазма.
Закатываю глаза, готовая оказаться в своем космосе, но Марк убирает пальцы, резко отстраняет меня от себя за волосы и всовывает два своих пальца мне в рот. — Соси! — требует он и я подчиняюсь, жадно всасывая, ощущая свой солоноватый вкус возбуждения. — Сильнее! — требует oн, начиная трахать меня, быстро работая бедрами. И я сосу его пальцы, кусаю их, мыча от сильных толчков. Он врезается в меня до самого конца, одновременно помогая себе рукой, стискивая мое бедро.
Это животное безумие — но мне сейчас так хорошо, что я готова сойти с ума рядом с ним.
Марк начиңает двигаться очень быстро, хрипло со свистом дыша. Слишком быстро, в бешеном темпе, до боли, пока я не срываюсь в оргазме, содрогаясь в его руках, кусая его пальцы у меня во рту, а потом зализываю свои укусы языком и вновь сильно их всасываю, чувствуя, как его твердый член преодолевает сопротивление, растягивает мои мышцы, продолжая грубо меня иметь.
Это так хорошо, остро, до сладкой боли и спазма внизу живота. Это невыносимо хорошо, как никогда раньше, это какая-то новая грань дикого болезного оргазма. Такого раньше между нами не было и, наверное, уже не будет никогда. Но я отказываюсь думать об этом сейчас. Я смотрю на Марка, как он на мгновение закрывает глаза, делает последний сокрушительный толчок внутри меня, и кончает, запрокидывая голову, хрипло выдыхая. И все, силы заканчиваются, как физические, так и моральные.
Падаю ему на грудь, утыкаясь лицом в шею.
Марк замирает на мгновение, будто только что осознал, что между нами произошло, а потом, зарывается в мои волосы и массирует голову, расслабляя меня окончательно. Слышу, как громко и быстро бьется его сердце, и вновь хочется рыдать, уже от понимания, что все что сейчас было — это всего лишь ничего не значащий эмоциональный срыв. Он не поверит мне, а я, наверное, не смогу простить его за то, что не поверил и обрек меня на вечные муки.