Автор
Узнав о своей беременности, героиня оказывается в критической ситуации: тест показывает двойную полоску. Она находит мужа и знакомого мужчину — его новый любовник, но обнаруживая истинное лицо этого человека, решает поступить с необычным образом.
Ничего сверх запредельного или из ряда вон выходящего, но ощущал он себя в клубе лишним. Не в своей тарелке. Словно вместо кружка по макраме внезапно очутился на свингер-пати.
Последний раз он зависал здесь ровно месяц назад. И все едва не закончилось трагедией. Ольга каким-то образом вычислила, где он находился. Объявилась с целью поговорить, навязать ему себя, но нормального разговора так и не вышло. Макар вежливо отделался от навязчивой девушки и тогда она пошла на отчаянные меры — пригрозила ему самоубийством. Публично.
Сегодня ощущение надвигающейся трагедии так же преследовало его. Особенно остро. Одно радовало — Ольга точно не должна была вмешаться в его планы. Курс лечения еще не завершился. Так он думал.
Шло время, а настроение у Макара с каждой минутой омрачалось. Казалось, с приходом в клуб все только усугубилось.
— Звать кого еще будем? — поинтересовался Шумаков, перекрикивая музыку.
Макар заранее не готовился к мальчишнику. Клим, можно сказать, уболтал его, вытянул из дома, потому список приглашенных оговаривался по факту:
— Костяна и Олега, больше никого не надо, — отозвался Макар, в который раз посматривая на подсвеченный циферблат наручных часов. Непонятно, что он там хотел увидеть. — Только по какому поводу не говори.
— Если надумаешь? — хмыкнул Клим, глянув на друга с претензией. — То есть? Что вообще с тобой происходит? До каких пор ты собрался скрывать от всех свою монашку?
— Ты бы за языком своим последил! — гневно проговорил сквозь зубы Макар, старательно проделывая в Климе дыру налитым кровью взглядом.
Запрещенная тема. Шумаков это знал как никто другой, и рисковал отхватить по хлебалу прямо здесь и сейчас, тем не менее он продолжил наседать, видя в своем друге неврастеника:
— И все же.
— Я тоже так думал, — выдохнул Макар, испытывая те самые терзания, на которые себя обрек.
Он поставил локти на стол, голову опустил и нервным движением сплел пальцы на задней стороне шеи. Укрылся от всего мира. В таком положении он провел долгие минуты.
