Автор
Узнав о своей беременности, героиня оказывается в критической ситуации: тест показывает двойную полоску. Она находит мужа и знакомого мужчину — его новый любовник, но обнаруживая истинное лицо этого человека, решает поступить с необычным образом.
Где была твоя помощь? Как ты сможешь оградить меня от этой истерички? Посадишь ее в вольер, сделаешь прививку от бешенства?» — проорала я про себя, раздуваясь от злости, а на деле даже не глянула в его сторону. И звука не издала.
— Почему у меня складывается впечатление, что вы были знакомы в прошлом? Или Ольга... — бросив на меня тревожный взгляд, Макар не смог договорить. Задумался.
Я тоже ушла в раздумья и отвернулась от него.
А что, если мне действительно может грозить опасность? Что если это были не пустые угрозы.
Но настолько ли оно существенное, чтобы трусливо поджимать хвост и искать помощи у ненавистного человека?
— Алён, — Макар осмелился схватить меня под локоть и развернуть к себе лицом. Рука его соскользнула на мою ладонь. Он некрепко сжал продрогшие пальцы. На фоне яркого контраста по венам запустился губительный ток. — Не закрывайся... Все ведь не так, как ты можешь себе представить.
О чем он вообще говорил.
Мощнейший разряд. Неприятные покалывания, забирающиеся под кожу тысячами ржавых иголок. Затем еще один разряд и еще. Громадного вольтажа. Ощутимого настолько, что в ушах стоял стрекочущий звук напряжения.
А потом раздался раскат грома, заставивший меня вздрогнуть.
— Никогда, слышишь? Никогда не прикасайся ко мне! — процедила я злобно, выдергивая свою ладонь из его руки.
Вслед за этим запищал светофор. Я резко сорвалась с места, ступая на проезжую часть. Самая первая из толпы желающих перейти дорогу.
— Алёна, остановись. Стой, черт бы тебя побрал! — с тревогой выкрикнул он."
"Видимость была плохой. Глаза застилала дождевая вода.
Шаг. Чрезвычайно уверенный. Еще один шаг, переходящий на бег.
Справа от меня замелькал приближающийся свет фар. Секунды мне хватило, чтобы понять, что происходит. И что произойдет следом. Что-то страшное. Опасное. Смертельно опасное. А затем страшный гул автомобильного клаксона оглушил меня, заставив впасть в оцепенение.
Сердце пропустило удар и камнем ухнуло в бездонную пропасть. Сознание помутилось. Атрофировалась. Но ни черта вся жизнь не проносилась перед глазами. Все это выдумки.
— Стой! Тормози! Тормози же! — уже драл глотку Макар, но очевидно, не мне, я и без того стояла неподвижной статуей.
В следующий миг мое тело буквально отбросило в сторону. Сшибло силой. Сдавило чем-то, что ни вздохнуть, ни выдохнуть.
