Если до сего момента он хватался за то, что Леля может сказать ему про ребенка нечто обнадеживающее, то теперь все рухнуло.
Отстранив от себя льнущую Лену, он отошел в сторону и сложил руки на груди.
- Я хочу знать все из твоих уст. Слышал во время вашего разговора с матерью достаточно, но все же предпочту, чтобы именно ты поведала мне всю правду.
Леля стала заламывать руки. Не будь Вадим настолько зол, он бы даже испытал жалость по отношению к ней. Но то тлеющее в груди чувство, которое уже выжгло края и подбиралось к самому сердцу, не давало ни единого шанса Куденкову стать понимающим. Потому что это было равносильно тому, чтобы быть лохом.
- Я не знала про Ксюшу, клянусь! Ну, что это именно она… Моя дочь.
Два последних слова Леля произнесла шепотом. Они сорвались с ее губ тяжелым хриплым выдохом, в котором сквозил самый настоящий ужас. От того, что она говорила, было страшно прежде всего самой Лене - не нужно было становиться телепатом, чтобы это почувствовать.
- И когда узнала? - склонил он голову набок.
Она поджала губы.
- Когда мама стала настаивать на том, чтобы я снова попробовала вернуть Яна.
- Ты ушла от него действительно потому, что он был беден? Он тебя не донимал и не обижал?
По выражению лица Лели все было ясно сразу. Она оболгала того, с кем встречалась три года назад. Повесила на него то, в чем он был совершенно не виноват. Напротив, именно Ян и стал пострадавшей стороной, когда она сбежала от него, а потом родила дочь и отдала ее, как ненужную вещь. Даже не сообщив отцу Ксюшиного ребенка, что тот стал родителем.
- Вадик… Мама постоянно твердила, что найти себе богатого мужчину - это мой единственный шанс!
Она снова бросилась к нему, но Куденков перехватил ее руки за запястья и отстранил Лелю от себя.
- У тебя так это сделать и не получилось, - покачал он головой, криво улыбаясь. - Ты так и не нашла себе кошелек на ножках, потому что я - не тот миллионер, о котором вы с Лидой могли мечтать!
Последние слова он буквально выплюнул ей в лицо, хоть и понимал, что они лишь отчасти соответствуют действительности. Или же просто выгораживал Лелю перед самим собой и пытался свалить все на одну лишь ее мать?
- Вадик… я и не хочу никаких миллионов, - всхлипнула Леля. - Я врала тебе, но лишь потому, что… ты бы меня бросил, если бы узнал правду! Ужасно любить человека, который не только избавился от собственного ребенка, но еще и не может родить мужчине наследника…
Господи! Откуда же она всего этого понахваталась? Гештальт в плане детей у Куденкова был с перебором закрыт за время брака с Глашей. Да, он очень обрадовался беременности Лели, но если бы у них не было ребенка - это ничего бы между ними не изменило.