Автор
В глубинах темной бухты Даниэла пытается выжить, не замечая хитрых взглядов издалека. Каждый день кажется новым испытанием, пока её не прерывает невероятный скачок рекордов. Но это только начало, когда она внезапно очнуется в воде и понимает, что жизнь под ней скрывает больше секретов, чем она могла представить....
Его движения были плавными и спокойными. Словно не он пару минут назад говорил голосом полным стали и ледяной крошки, что счёсывает тебе лицо, заставляя морщиться и шипеть.
Поджав подбородок, он поставил бокал перед Даниэлой и наполнил тот на одну треть.
— Вкусное, — прокомментировал, прокручивая бутылку и собирая с горлышка капельки, — мне на работе подарили. Италия. Пробуй.
Не отходя, смотрел на дочь. Его губы растянулись в усталой улыбке. Даниэла чувствовала беспокойство. Оно разносилось по венам, отравляя всё внутри своим ядом.
Что? Неужели он что-то узнал?
Пропихнув в горле комок, девушка поднесла бокал к губам. Сделала крошечный глоток, размазывая вкус по языку. Облизнулась. Вкусно. Очень.
— Вкусно, — проговорила вслух.
— Я же говорил, — его улыбка стала шире, — а мать твоя не захотела.
— Что случилось, пап? — волнение никуда не уходило. Она нутром чуяла, что что-то не так. — Вы поссорились?
— Как раз... — в столовую вошла мама, — сухари немного пропитались и уже не такие колючие.
Марина поставила на стол блюдо и обратила своё внимание на бокал в руках Дани. Вскинула брови, удивляясь.
Да, мам. Я тоже удивлена не меньше тебя.
— Я сыт, — папа нарушил повисшую тишину. Поставил бутылку в центр стола и, забрав с собой свою порцию вина, направился на выход, — спасибо. Я пойду отдыхать.
Что могло произойти за эти пять дней, чёрт возьми?! Что за чёрная полоса?!
Дани молча наблюдала за тем, как мать рваным движением руки, скинула с лица упавшую светлую прядь.
— Мам? — Дани сжала пальчики на тонкой стеклянной ножке, — кто-нибудь объяснит мне, что происходит?
— Всё нормально, Дань, — отмахнулась от вопроса Марина, — не циклись на ерунде.
— Ерунде? — её голос почти зазвенел, — мы ведь только что сели за стол? Я вернулась пару часов назад. Меня не было пять дней. Я по-вашему слепая или глухая?
Конечно же, у неё были свои догадки.
Папа что-то знает?
— Всё хорошо, Даниэла. — повторилась женщина, — простое недопонимание. Говорю же: не заморачивайся. Это же папа... пара дней, и его отпустит.
Девушка замолчала. Не обронив ни слова, задумчиво пялилась на то, как мама убирает со стола посуду.
