Мирабелла Георгиевна Заречная обнаружила себя в ловушке обычной повседневности. Вдруг оказалось, что прожила жизнь как волшебницей, но без волшебства вокруг не видела и не знала. Теперь перед ней стоит выбор: продолжать тщетные попытки вернуть то, что ушло, или позволить жизни сама собой развиваться, открывая новые пути и возможности?...
– Кролики закончились, – ответил он.
– Съели?
– Нет, я вегетарианец…
– Я не заметила, – сказала Белла, усмехнувшись.
– Тогда, может, кофейку? – поколебавшись, сменила гнев на милость Александра.
– С удовольствием, – ответил гость.
Через пятнадцать минут они пили кофе и разговаривали. Максим полностью разрядил обстановку и произвел на маму Беллы неизгладимое, хотя и несколько странное впечатление. Да что там говорить! Он очаровал ее полностью! И она даже прошептала Мирабелле:
– Знаешь, ничего страшного, что он бомж! Зато человек какой интересный! Обаяния – выше крыши! Мы его возьмем, помоем, оденем… – она так и не поверила, что он действительно богат.
– Мама! – Мирабелла была готова провалиться сквозь землю.
– А что? Тебе тоже не до особого выбора! Глаза у него добрые, он интересный собеседник. Ну, попал человек в тяжелую ситуацию, бывает… Ты же не обворуешь нашу квартиру? – внезапно спросила она у Максима.
– Я? Честное слово, нет, – ответил он, улыбаясь.
– Конечно нет! Потому что у нас и брать нечего, – отметила Александра Ильинична.
– Вот и хорошо, вот и славно, – посмотрел на Мирабеллу Максим.
Она встала из‑за стола, провела его в свою комнату:
– Вот тут я живу, посмотри, раз пришел…
– Одна комната?
– Одна. А ты и правда прописаться у нас хочешь? – усмехнулась она.
– Конечно! Ты прислушивайся к своей матери‑то, она плохого не посоветует! Сразу раскусила мои злые помыслы, – согласился Максим, присаживаясь в кресло.
– Я не забыла, но не думала, что ты действительно на это пойдешь, – опустила она глаза, ругая себя за то, что не выдерживает его взгляда.
– Я слов на ветер не бросаю. Но буду рад пойти туда и один. Думаю, своим видом я не вызову у них подозрений. Вы меня не узнали, я могу еще и прихрамывать, и заикаться…
– Не надо! Это будет уже перебор, а вот я тебя не брошу! Гена вообще‑то предназначал роль подсадной утки мне! Это ты зачем‑то влез в аферу.
– Реквизит… – туманно ответил Максим.
– Я могу что‑нибудь потоптать ногами и изрезать ножницами, – предложила она, – у меня же нет реквизита…
– Думаю, не надо. А вообще, я считаю, что ты должна выглядеть моей «мамкой».
