Автор
Стараясь избежать подробностей, я ощутила что-то неповторимо знакомое и странное в новоприбывшем товарище. В его глазах светилось нечто такое, чего я раньше ни разу не видела. Это чувство привело меня к мысли: может быть, это именно то, о чем я думала - с первого взгляда любовь....
Я поставила бокал и вышла, стараясь быть незамеченной.
В дамской комнате долго смотрела на себя в зеркало.
И чего им не хватает, нормальным мужчинам? Я ведь красивая, яркая, не глупая, правда, иногда заткнуться вовремя не могу, но ведь это лечится? Или?...
Выйти мне не удалось.
Я оказалась прижатой к стене ироничной бровью. Ну, почти бровью.
- Я передумал насчет «Балчуга», ждать долго.
И его губы впечатались в мои. Сильно. Страстно.
И как же это было кайфово!
А потом почему-то мои ноги обвились вокруг его талии, и трусики висели на одной лодыжке и…
ОМГ!
Я, конечно, поняла вчера, что у него большой, но не до такой же степени!
Глава 15.
Я помню то, первое чувство ярости.
Самое яркое.
Испепеляющее.
Детский сад – да, да, еще когда штаны на лямках – милое создание Леночка Долгова с ямочками на щеках, и кент - новенький, пришедший в группу как раз к Новогоднему утреннику."
"Он в костюме какого-то гребанного мушкетера, а я зайчик. Зайчик, твою мать! И этот кент подходит к Леночке и… целует!
Фак!
В губы!
Мля…
И вот сейчас опять перед глазами та же картина.
Огнемет мне, сука, живо! Гранаты давай! Чтобы эта хренова «мазда» взлетела в воздух вместе с этим белобрысым утырком и рыжей провокаторшей!
Спокойно, Устюгов!
Спокойно.
Все нормально.
Ты знал про Димусика. Знал про «замуж».
Чему ты удивляешься?
Я реально пытался себя успокоить, но…
Но рука зудела оттого, что в ней нет ствола – достать его красиво, как Дэниел Крэйг в образе Бонда, и выпустить весь магазин, до единого патрона.
Стрелять я умел, и любил. В тире.
Почему она позволяет ему вообще себя целовать?
Так, «стапэ», Устюгов.
Really.
Этот кент ее будущий муж. Так?
А ты тот, кто предложил её отыметь и снял отель. Так?
И кто из вас мудак?
Вопрос.
И она тоже хороша.
Девочка-целочка.
В первую ночь я не буду…
Когда я сообразил, что в «мазде» застрявшей у шлагбаума сидит моя рыжая прелесть с каким-то левым придурком, я от удивления даже не сразу влуплил, что делать.
Мог ведь просто взять и предложить ей пересесть в «Майбах», типа, чужаков не пускают, а мы проедем.
Черт меня дернул сказать охране, чтобы ему тоже дали разрешение на въезд.
Ладно.
Будем считать, что у меня от недотраха мозги заржавели.
В общем, в том, что прелестную Наташу засосал в тачке ее будущий муж я мог винить только самого себя.
Она видела, что я смотрю.
Даже не покраснела.
