Вот описание книги на сайте-библиотеке: Сюжет полон непредсказуемых приключений: девушка из городской мелочности внезапно оказывается в мире ремесел. Удивительные материалы и мастерства, а также новые друзья учат её выживать в неизвестном мире.
В городе, на центральной площади, сделали объявление. Горожане, кто хотел, подходили и клали к столбу с прибитым свитком хвойные лапы. Некоторые оборвали домашние цветы. Мэра в городе любили. Прибыли жрецы Единого. Тело мэра, закутанное в самый лучший батист, какой нашли, положили на помост. Елина плакала, баронет тоже не сдержал слёз. Люди стояли у костра и кидали вязанки хвороста — что бы переход к Единому был легче.
Таких похорон, как объяснил барон, удостаиваются только преданные люди. Рейв Лун служил в молодости в охране, служил семье всю жизнь и погиб на посту.
Через час служба закончилась, все стали расходиться, остались только жрецы, ожидать, пока догорит костер чтобы развеять пепел.
Барон отдал печать мэра и кольцо покойного рейву Ташу. Тот принял со слезами на глазах. Видно, что деда он любил и ему было тяжело. Клятву верности он читал прерывающимся от слёз голосом.
Через два часа в ворота замка постучали. Две крепкие крестьянки, молодая горожаночка и два мужчины.
"Были организованы четыре поисковых группы. Ходы были старые, местами- завалы, хоть и нельзя сказать, что непроходимые, но приходилось тратить время на укрепление сводов. К замку потянулись телеги с бревнами для крепежа. На четвертый день от похорон мэра нашли комнату и Бюве взяли.
Глава 71
— Глен, что теперь будет с Бюве?
— Допросят и повесят.
— Как Лицу?
— Нет, дорогая. Не как Лицу. Никто не станет с ним церемониться.
— Я просто беспокоюсь, не найдется ли у него защитников и как к этому отнесётся король?
— Елина, на своих землях я — закон и правосудие. Если бы преступник был выше меня статусом, я обязан был бы привлечь королевских служащих. Но Бюве даже не дворянин. Я в своем праве.
Елину передернуло. Неужели и ей когда то придётся отправлять человека на плаху? За убийство этот гад не заслуживал ничего лучшего. Но ведь когда-то она останется одна управлять землями.
— Еля, я понимаю, что тебя тревожит, девочка моя. Любая женщина прежде всего — мать, она дарит жизнь, а не отнимает. Никто никогда не осудит тебя, если ты воспользуешься королевским правосудием. Тебе нет нужды возиться с грязью. За это мы платим вполне себе приличные налоги в королевскую казну. Редко, когда женщины занимались судом сами. Хотя во время войны вдов хватало.
