Опытные офицеры оперативного резерва допускают критическую ошибку при конвоировании чеченского боевика и теряют двух товарищей. Чтобы спасти плененных, остальным придется действовать на грани закона, рискуя собственной репутацией и жизнью в напряженной борьбе против времени и врага.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Простреленная репутация»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Опытные офицеры оперативного резерва допускают критическую ошибку при конвоировании чеченского боевика и теряют двух товарищей. Чтобы спасти плененных, остальным придется действовать на грани закона, рискуя собственной репутацией и жизнью в напряженной борьбе против времени и врага.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опытные офицеры оперативного резерва допускают критическую ошибку при конвоировании чеченского боевика и теряют двух товарищей. Чтобы спасти плененных, остальным придется действовать на грани закона, рискуя собственной репутацией и жизнью в напряженной борьбе против времени и врага.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Во-вторых, сейчас гораздо приятнее было бы держать в руках «АКМС», или, на худой конец, родной «ПМ», тупая пуля которого обладает неслабой кинетикой и довольно мощным останавливающим действием. А у нас всего-навсего – «ПСС». Единственная радость, что стреляет почти бесшумно. В человека можно всадить с десяток пуль от патрона «СП-4», если не попадёшь в голову и не заденешь жизненно важные органы – будет некоторое время бежать, ползти, стрелять и так далее. А если у этого человека в руках тот самый «АКМС», которого нет у тебя, почти все преимущества внезапного выстрела из темноты автоматически аннулируются.
Ножом в темноте, конечно, вернее. Нащупал врага, ткнул куда надо или полоснул по горлу – и вопрос решён. Это в том случае, если умеешь обращаться с ножом. Вася и Петрушин владеют этим искусством в совершенстве...
В глубине коридора скрипнула дверь.
Тишина...
Через несколько секунд послышались негромкие шаги – несколько обутых пар ног мягко топали по ковролину, неотвратимо приближаясь к нам.
Я вытянул вперёд руку с пистолетом и нервно сглотнул. Голова перестала работать рационально, в ней вовсю что-то стукало, грудь распирала горячая волна, непрошено прущаяся откуда-то из живота...
– Возня, – шепнул мне на ухо Серёга, уловивший моё преждевременное движение. – Счёт.
Да-да, конечно... Хреновый из меня спецназовец! Чуть было не обгадил всё дело...
Шаги приближались. В световом пятне вдруг разом, как по мановению волшебного жезла, возникли два силуэта, следующие один за другим с разносом в полкорпуса.
– Хек!
Позади фигур, в темноте, что-то булькнуло. Короткая возня, глухой стук падающего тела, фигуры в световом пятне застыли, как-то странно замедленно начали разворачиваться. Или это я всё воспринимал замедленно – время вдруг резиново растянулось, поплыло, как тогда, при уколе...
– ...Семь, – почти в голос выдохнул Серёга и тотчас же открыл огонь.
Я выпустил по пляшущим в пятне фигурам пуль пять, хотя сказали – три, и сам вряд ли бы догадался своевременно покинуть опасную зону. Серёгина рука вцепилась в мою куртку и резко вдёрнула меня в бытовку.
– Тр-р-р... – застенчиво прострекотало что-то из темноты. – Тр-р-р-р-р-р...
В стену коридора, в косяк, у которого я только что стоял, сочно чпокали пули.
– Бульк!
Стрельба прекратилась."
"– Готово, – буднично буркнул из коридора Петрушин. – Выползайте...
* * *Вы не поверите – но в номерах на нашу баталию никто не отреагировал. Пансионат продолжал мирно спать.
Вася с Петрушиным, забрав у нас пистолеты, выскользнули на улицу. Мы остались работать на месте происшествия. Потратили пару минут, чтобы успокоить желавшую немедленно впасть в истерику дежурную, взяли у неё керосинку, осмотрели поле битвы...
Да, кровищи тут было – как на скотном дворе в день массового забоя.
