Костя Воронцов — странний мальчик... На 1 сентября 2003 года, федеральная трасса Ставрополь-Кизляр. Моджахед оказался в тюрьме, сезон закончился. Арабы не платят за услуги, война уже ищет другого места. Дома теперь полны бардака, денег нет ни цента. Время летит, а работающих мальчиков на дорогах уже ждут тяжёлые будни — без «зелени» и «тумана»....
В этот момент рядом с «точкой-наблюдателем» вновь появились пять её пропавших было близнецов. Несколько секунд они топтались в куче, затем выровнялись в колонну по одному и медленно двинулись к общему массиву статичных точек.
«Духи» шли к нам. Теперь соображать надо было очень быстро...
* * *– Что мы делаем? – вроде бы невозмутимо уточнил Иванов.
– А где Глебыч? – спросил Петрушин.
– Нет его, в карты играет. Что делаем?!
– Мы с Васей... Вася?
А Вася куда-то исчез! Смылся, гадёныш, в самый ответственный момент!
– На разведку пошёл, – успокоил нас Петрушин.
– Какая, на фиг, разведка! – в отчаянии прошептал Иванов. – Они сейчас вломятся...
– Не вломятся, – невозмутимо возразил Серёга. – Они как минимум минут пять будут по лоджии лазить.
Пять активных точек приблизились к общему массиву, на несколько секунд остановились и сбились в кучу.
– Прибор не катит, – раздался от двери срывающийся Васин шёпот – парень куда-то быстро бегал, запыхался. – В фойе керосинка, в коридоре световое пятно.
– Годится, – одобрил Петрушин. – Держи.
– А вы? – спросил Серёга.
– Мы с ножами. Вася, отдай ствол Косте.
Вася, ни слова не возразив, передал мне кобуру с пистолетом и два запасных магазина.
– А мне? – раздался обиженный голос Иванова.
– Вам рация, – сказал Петрушин. – Извините, третьего ствола нет...
Точки выровнялись в одну линию и медленно поползли по воображаемой прямой вдоль корпуса.
– Мой сценарий, – одними губами сказал Серёга.
– Обувь все сняли, – скомандовал Петрушин.
Послышалась лёгкая возня – хлопцы снимали кроссовки. Я и так был босой, нечего снимать.
– Носки тоже. Там ковролин, скользить будет.
– Да сняли-сняли, – нетерпеливо буркнул Сере-га. – Не первый год замужем...
Через едва приоткрытую дверь балкона с нижней лоджии донёсся какой-то глухой стук. Пять точек на экране замерли.
– Маршрут: коридор – лестница, нижний коридор, бытовая комната, – распорядился Петрушин. – Не топать! Пошли.
Мы выскользнули в коридор.
Темно, как у негра где! Я ориентировался по дыханию следовавшего впереди Серёги. От нашего номера до лестницы – всего метров десять, так что через пятнадцать секунд мы уже были в бытовой комнате первого этажа, где нормальные люди днём гладят одежду."
"Пятно в коридоре, напротив входа в фойе, и в самом деле присутствовало, но было оно очень скромное. Когда мы проскочили через него, я с трудом различил силуэты товарищей.
