Костя Воронцов — странний мальчик... На 1 сентября 2003 года, федеральная трасса Ставрополь-Кизляр. Моджахед оказался в тюрьме, сезон закончился. Арабы не платят за услуги, война уже ищет другого места. Дома теперь полны бардака, денег нет ни цента. Время летит, а работающих мальчиков на дорогах уже ждут тяжёлые будни — без «зелени» и «тумана»....
Да так сильно умер, что по фрагментам собирали, пришлось экспертизу ДНК проводить для идентификации. Виновником его смерти является конкретно Глебыч, член нашей команды.
Папа Мовсара – Салман Дадашев тоже умер на ближних подступах к сизо. «Сушки» (это не еда, а самолёты такие) где-то поблизости неловко отбомбились, вот он и умер. Наводку пилотам давал лично полковник Иванов, вождь команды. И отряд Сулеймана, который долгое время наводил ужас на весь Надтеречный район, благодаря усилиям команды почти в полном составе благополучно умер на этих самых подступах.
А теперь в этом сизо сидит юноша Мовсар из рода Дадашевых. Ну прямо-таки какое-то мистическое совпадение, не правда ли? Роковое место это сизо для семейства Дадашевых!
А ещё есть непроверенная информация, что наш загадочный Серёга каким-то образом причастен к гибели некоторых товарищей из московской «ветки» клана Дадашевых. Серёга об этом распространяться не желает, но, судя по публикациям в прессе и оперативным данным, что-то такое там действительно было.
Привели Мовсара. Прежде чем начать беседу, я некоторое время рассматривал юношу, составляя для себя предварительный психологический портрет «пациента», основанный на добытых Ивановым данных и первом личном впечатлении.
Мовсару в апреле исполнилось семнадцать. Совсем юноша ещё, даже не бреется, на щеках едва заметный пушок. Чуть выше среднего, худенький, не атлет. До неприличия красив, прямо как девочка: черты лица тонкие, правильные, волнистые волосы, розовые щёки, большущие серые глаза, пушистые ресницы.
Ныне покойный папа – Салман Дадашев в своё время поступил очень мудро, отправив сына к родственникам в Москву. Мовсар жил у родичей семь лет, учился в элитном московском колледже и ни в чём не знал отказа – папа щедро снабжал его деньгами, добытыми неправедным путём.
Выходит, молодец Салман, уберёг сына от неизбежной участи, постигшей добрую половину юных вайнахов. Если бы не попёрся к этому сизо со своим сумасшедшим двоюродным братцем, остался бы в живых.
