Всегда хорошо платил, но вдруг решил не брать моих девочек. Не знаешь, почему? Может быть, Кречетов растрепал, что девочки Марго — воровки?
— Нет, нет.., Вы все не так поняли. Это было недоразумение. Я ничего не крала. Ничего. Мы все решили.
— Мне доложили, что вы о чем-то долго говорили и разошлись. Судя по всему, пришли к решению своего вопроса. Может быть, личную проблему ты решила. Но нанесла урон моему заведению и репутации.
Мне снова тычут в лицо фото Даши.
Я начинаю плакать тихо.
Зачем. Зачем они ее так избили?!
— Даша работать временно не сможет. Ты отрабатываешь за нее, — холодно роняет Марго.
— Но… Но я же больше не работаю, я не…
Марго оборачивается и роняет на меня недовольный взгляд.
По одному этому скользкому взгляду меня встряхивают и больно тычут кулаком под ребром. Синяка точно не будет, но дыхание перехватывает.
Я замолкаю. Слезы по лицу градом.
Марго изящно порхает пальчиками над калькулятором, называет устрашающие цифры, сколько Даша работать не сможет, еще и набрасывает процент сверху за моральный ущерб.
— Ты верно подметила, что в элитном сопровождении ты больше не работаешь. Я не могу себе позволить рисковать еще раз, приставляя тебя к солидным, важным клиентам. Но у меня есть заведения попроще. Там у собравшейся публики не очень высокий уровень притязания. Начиная с завтрашнего вечера, ты работаешь в одном из клубов. Выходишь на смены. Слова “устала”, “заболела” и “не могу” забываешь. Слово “нет” для тебя отныне не существует. Обслуживаешь всех, кто захочет провести с тобой время. Ни в чем не отказываешь, — чеканит Марго. — И, чтобы тебе не пришло в голову пропустить выход на работу, мои мальчики будут тебя сопровождать.
Машина тормозит. Марго поправляет прическу.
— Для профилактики мои мальчики сейчас проведут с тобой беседу воспитательную и научат тебя ни в чем не отказывать.
— Нет! — вырывается из меня с криком ужаса. — Нет!
— Мальчики… Про сохранение товарного вида не забывайте! — предупреждает Марго и сидит с видом, как будто ничего не происходит.
Чужие пальцы уже раскурочивают одежду на лоскутки, впиваются в кожу, делают больно.
Когда не по своей воле — больно всегда и от всего, даже от простого касания.
— Ты не поняла, с кем связалась, девочка? Работая на меня, косячить нельзя… Я преподам тебе урок.
Настроение — дерьмо.
Не только потому что Ленка меня в отеле кинула.
Ей удалось меня обмануть. Завести, обдурить, напеть сладким голосочком такие сказки, что я в них поверил.
