Сначала обжигает, потом приятное тепло разливается по телу.
Я обмякаю еще больше и подкладываю подушку под себя, чтобы было удобнее.
— Моя очередь спрашивать.
— Да уж постарайся спросить что-то интересное, Елена-Сирена!
Не умею пить. Не ела ничего перед встречей с Марго.
Стресс. На голодный желудок я пьянею быстрее, чем когда-либо.
— Заманила, как Сирена. В отеле… Завела, заманила и оставила ни с чем. Обманула… Чем не Сирена?
Моргаю, моргаю. Веки наливаются тяжестью.
— Моя очередь. Зачем пошла в эскорт?
Зачем я пошла в эскорт?! Правда лежит на поверхности.
— Деньги? — предположил Марсель.
В ответ я делаю неприступный вид.
— Разве по мне скажешь, будто я нуждаюсь?
Зачем я вру? Почему мне так стыдно признаться в собственных ошибках?
Погналась не за тем, села в лужу. Огребаю за чужие долги и грехи! За делишки мужа расплачиваюсь!
Вспоминаю, как я сверкала бриллиантами и мехами, в доме Ульяны и Андрея.
Боже, боже, до самой печени припекает!
Мне стыдно становится за то, какую я роскошную и успешную женщину я из себя перед друзьями корчила…
Изображала из себя леди, а придется становиться блядью.
Кто купит, тому и отдаться придется.
Взгляд Марселя темнеет. Он сжимает кулаки до побелевших костяшек.
— Не хочешь говорить по-хорошему. Легких путей ты не ищешь, да?!
Марсель сердито и часто дышит, сверкает стальным взглядом, ставшим слишком острым.
— Значит, мы пойдем сложным путем. Если не деньги, тогда что? Зачем? За ощущениями острыми пошла? Нравится, когда тебя за деньги имеют? Щекочет нервы ожидание, кто будет натягивать тебя сегодня и в какой позе? Сколько их будет? Может быть, двое тебя захотят снять и заплатят хорошенько… — сыплет подробностями. — Отъебут в два конца. Или по кругу пустят? Ну? Говори… Таких ощущений ты хотела?!
Это даже звучит гадко! А если вспомнить, что меня вот только что едва не изнасиловали два амбала, то не остается сил изображать из себя равнодушную женщину, уверенную в правильности действий.
Внутри что-то разваливается на части, рассыпается трухой.
Это были жалкие остатки моей выдержки.
На лице разливается отвращение.
— Я соврала. Причина — деньги. Да, мне остро и срочно деньги нужны… Много! Причина всегда, прежде всего, в деньгах. Говорить, что деньги не главное, могут лишь те, у кого их не счесть, или у кого нет тех проблем, что есть у меня! — я трясу головой.