Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
Поднимаю голову, сталкиваясь с пьяным взглядом довольной женщины, и касаюсь губами лица Яны, накрывая поцелуями. Зудит желание исследовать каждый сантиметр белой кожи, чтобы оставить свой след.
‒ Хочу в душ.
‒ Есть идея получше.
Поднимаю её и направляюсь в ванную комнату, а когда зажигаю свет, Яна растягивает губы в улыбке.
‒ Джакузи! ‒ радуется, подобно ребёнку.
Включаю воду и стягиваю с Яны одежду, затем раздеваюсь сам и заталкиваю в воду. Наслаждаемся друг другом, пока она, устроившись на моей груди, перебирает пальцы и глубже укутывается в объятия.
‒ В твоей квартире много места.
‒ Ты хотела сказать, в ней пусто? ‒ понимаю, к чему Яна клонит.
‒ Да.
‒ Полина съехала, забрала свои вещи, которые, как оказалось, занимали много пространства. А чём его заполнить, пока не придумал, да и времени особо не было. Надеюсь, появится человек, который решит этот вопрос за меня.
‒ Ты сейчас говоришь образно или имеешь ввиду кого-то конкретного?
‒ Конкретного, ‒ ощутимо сжимаю женское тело, зарываясь носом в волосы.
‒ А если этот конкретный человек вдруг скажет, что квартира ему не по нраву и он желает другое жильё?
‒ Готов обсудить данный вопрос. Пусть только предоставит понравившиеся варианты. К тому же для четверых детей здесь однозначно мало места.
‒ Это я и хотела сказать…
Разговор о важном и в то же время ни о чём, потому как Яна не задаёт прямых вопросов, абстрагируясь.
"Понимаю, что Яна погружается в дрёму, поэтому поднимаюсь и тяну её за собой. Вытираю, уже сонную и податливую, несу в спальню, укладывая на кровать.
