Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
‒ И какое оно? ‒ с замиранием сердца ожидаю ответа.
‒ Положительное, ‒ часто кивает, отпивая горячий напиток."
"‒ И всё? Так просто? Положительное? А как же отрицательные качества, которые при детальном рассмотрении невозможно принять, смириться, перестроить под себя?
‒ Яна, в моём понимании есть люди свои и чужие. Своих чувствуешь сразу, а чужие, как бы ни старались представить самые положительные стороны, своими не станут. Это происходит внутри, вот здесь, ‒ берёт мою ладонь, прикладывая к левой стороне груди, где ощутимо отбивает удары сердце.
Долгий взгляд, растягивающийся на несколько минут, и к горлу подступает ком от щемящей нежности, что выливается на меня сполна. Боюсь переступить внутреннюю черту и заглянуть в завтра, где может уже не быть всего этого. Я как никто знаю о хрупкости надежд, осыпающихся под ноги острыми осколками, распарывающими до мяса и оставляющими истекать болью. Эта черта не позволяет сейчас сделать шаг навстречу. Мне нужно поверить.
‒ Я пока не знаю, могу ли довериться своему.
‒ У тебя есть время, ‒ отнимает мою ладонь и целует в серединку, прикрывая глаза. Простой жест, но смысла в нём бесконечно много.
Меня отвлекает вибрация телефона, которая доносится откуда-то из прихожей. Соскакиваю в поисках сумочки и нахожу её на комоде.
‒ Да, Нин?
‒ Соседка, а ты собираешься обедать? Потому как завтрак давно прошёл, ‒ смеётся, на заднем плане слышу голоса мальчишек.
‒ Нет-нет, ‒ отчего пугаюсь появления Нины, боясь быть увиденной с Алиловым. ‒ Дай мне пять минут. Уже иду.
‒ Ждём. Стол накрыт.
Иду в спальню, натягиваю платье и ищу туфли. Сергей молча одевается, понимая, что нам пора покинуть наше убежище.
‒ Давай так, ‒ предлагаю Алилову, ‒ я выхожу первая, а ты минут через десять, ‒ стою в прихожей, натягивая пальто.
‒ Не хочешь вместе? Стесняешься?
Замираю в движении, считывая обиду в потемневшем взгляде, но затем приближаюсь, прикасаясь к губам напряжённого мужчины.
‒ Не сейчас, ладно? Не так, ‒ хочется подробно объяснить, почему всё происходит по данному сценарию, но все слова остаются на языке.
‒ Будь по-твоему, ‒ с трудом соглашается, оставляя поцелуй на моих губах.
Выскакиваю за дверь, сразу же проскользнув в соседнюю, где меня уже ждёт накрытый стол. Все в сборе, мальчишки обсуждают какую-то очередную игрушку, которую Игнат сразу же соглашается купить.
