Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
Делает шаг, но успеваю схватить её за руку, останавливая. Вздрагивает, сжимает мою ладонь.
‒ Могу я сегодня стать твоим гостем? ‒ шепчу в затылок, раздувая дыханием волосы.
‒ День ещё не закончен.
Меня только что почти отшили, дав размытый ответ. Киваю Игнату, чтобы заходили в дом, беру пацанов за руки и обхожу строение, зная, что отец в саду контролирует внуков.
‒ Привет, ‒ окликаю отца, ‒ пополнение привёз.
Оборачивается на звук, расплываясь в улыбке. Я редко вижу его радость, но именно дети делают моего старика мягче, когда из-под толстого слоя жизненного опыта появляется понимающий дедушка, готовый распластаться перед внуками.
‒ А кто это тут у нас? ‒ приседает, чтобы поравняться с мальчиками.
‒ Михаил.
‒ Егор.
Пацаны по очереди протягивают ладошки, приветствуя отца по-мужски.
‒ Меня зовут Нигматулл Дилярович. ‒ Папа ожидает реакции, но, чтобы произнести его имя нужно ещё постараться, и мальчики стопорятся. ‒ Но вы можете называть меня дедушка.
‒ Хорошо, дедушка, ‒ со свистом выдыхает Мишка, толкая в бок брата.
‒ Познакомить вас с мальчиками? ‒ указывает в направлении городка, где племянники с визгом скатываются с горки. ‒ Это Аслан и Дамир. Они примерно вашего возраста.
‒ Не надо, ‒ заявляет сын Яны. ‒ Мы сами, дедушка.
Уверенно толкает Егора и идёт к детям. Несколько минут беседы, рукопожатия, и племянники показывают свои владения новеньким.
‒ Какой твой?
‒ Старший.
‒ Серьёзный парень, ‒ усмехается отец, наблюдая, как Миша руководит парадом, указывая пацанам, в какой очерёдности каждый съезжает с горки.
Закуриваю сигарету и понимаю, что это первая со вчерашнего вечера. Ночью и утром был всецело поглощён Яной, даже не обедал толком, организовывая поездку к родителям.
‒ Смышлёный мальчик ‒ умеет слушать и слышать. Но и это, предполагаю, заслуга его мамы, которая послаблений не позволяет.
‒ Это хорошо, ‒ задумчиво причмокивает отец, ‒ опыт материнства имеется, результат перед глазами, парой внуков дополните, я надеюсь?
‒ Как минимум тремя, ‒ поправляю, получая в одобрение кивок.
‒ А разве с Полиной не по-настоящему было? ‒ приподнимает бровь, удивляясь.
‒ У меня ‒ да, у неё ‒ есть сомнения.
