Автор
Женщина прячется в зеркале, изображая невинность и скромность перед собственной телесной изменой, готовясь к важному событию. Время кажется вечностью, каждый жест и взгляд превращается в ритуал преданности своему образу.
Можно дома покушать вкуснее и полезнее. Ну в общем, ты поняла.
— Поняла, только я не буду брать твои деньги. Мне хватит родительских. А свои — потрать на себя, хоть раз в жизни.
— Я тебе последнее свое не отдаю. В моем возрасте что-то менять — примета плохая, да и не хочу я никакие ремонты делать. Знаю, что ты этого хочешь, но мне и так хорошо, остальное все лишнее. Так что обо мне в этом плане думать не надо. Ну чего ты мокроту разводишь?
— Не знаю. Оно само, — если бы бабушка не сказала, то я бы даже и не поняла, что почему-то плачу.
— Так, все, прекращай, — обнимаю бабушку и закрываю глаза, пытаясь успокоиться. — Вот кто-то пришел. Красильщики поди.
— Ага.
— Деньги спрячь пока. А потом неси в банк.
— Хорошо, — киваю, вытирая ладонями непрошенные слезы.
Несмотря на неожиданный всплеск, в норму я пришла быстро. А, может, стимулировал наложенный макияж. Такую красоту грех портить.
— Да, красота страшная сила, — констатирую я, смотря на себя в зеркало.
— Реально красотка, — подтверждает Аня.
— Ага, — надеваю туфли и подхватываю фату.
— Там там тадам, там там тадам, — начинаю напевать мелодию, проходя по комнате вперед, как только вижу Юсупова. А тот на глазах меняется в лице. — Что не так? Я плохо пою? Ужасно выгляжу?
— Эээ, — что-то нечленораздельное произносит Аня.
— Это похоронный марш, Синичкина, — возмущенно бросает Егор.
— Да? А я думала свадебный. Мельденсона, — тихо, чуть краснея произношу я.
— Мендельсона. И поется он вот так, — никогда не слышала, как напевает Юсупов. Ну, когда-нибудь все бывает впервые.
— Ой, неловко вышло. Ну имела-то я в виду Мель…Мен…свадебный марш. А вообще ничего страшного, я же пока еще Синичкина. А ей можно чудить.
— Точно. Синичкиной можно. Ну, пойдем, что ли, — Юсупов обводит меня взглядом и, на его лице определенно появляется улыбка.
— Тебе нравится то, что ты видишь?
— Очень.
— А я в этом платье не толстая?
— Да ты стройная как бездомная собака, — в замешательстве перевожу на него взгляд.
— Вот так уже лучше. Ну все, пойдем кандалы надевать друг на друга.
— Пойдем, — подмигивает мне Юсупов, беря меня за руку.
Глава 34
Смотрю на себя в зеркало и злость накрывает с головой. Мне бы наоборот радоваться — шесть лет учебы позади, экзамены сданы. Сданы! Все, можно выдыхать, через пару дней диплом будет на руках.
