"
"И вот Удав позвонил и пригласил на встречу, во двор дома, где жил Владимир с женой и ребенком. Совпадение или нет? Ведь мог назначить встречу где угодно, так почему именно там? Может, жена и ребенок окажутся в роли заложников? Нет, бред какой-то, Степка хоть и спутался с майданутыми, но они все равно лучшие друзья с самого детского садика, а это никакими Майданами не перечеркнешь. Или перечеркнешь? Но, тогда в Киеве, Удав ни секунды не медлил и завалил двоих своих «собратьев», спасая жизнь Вовки и двоих «тигрят».
Дилемма! Как быть? Что делать?
— Командир, что случилось? — Гвоздь дернул Владимира за рукав куртки. — Кто звонил?
— Левченко.
— Степка?! — удивленно переспросил Леший. — И что?
— Хочет немедленно встретиться во дворе дома где я живу.
— Японский ты кинескоп! — ошарашено протянул Панас. — Надо вызвать подмогу и оцеплять весь район, иначе уйдут гады.
Панас не был вхож в компанию, с которой водил дружбу Вовка и Степан, вот Леший и Гвоздь, тех можно было назвать друзьями Удава, а Панас был посторонним для Левченко человеком.
Панас всегда отличался повышенным уровнем ворчливости, а после ранения полученного в бое у Чонгара, эта его черта характера увеличилась в разы, взвелась в кубе, так сказать.
— Тихо ты, — одернул друга Леший. — Какой, нах, оцеплять район? С ума сошел? Это же Степка Левченко, если он приехал в Крым, значит, бросил эти свои заморочки с Майданом.
— Уверен, — спокойно спросил Словник.
— Командир, ты чего?! — Леший даже рот открыл от удивления. — Ты, что же думаешь, что Степка тебя хочет в ловушку заманить?
— Ничего, я не думаю! — зло огрызнулся Владимир.
— Валите из машины! Я сам поеду на встречу, а вы ловите «мотор» и дуйте на базу!
— Вова, успокойся, — Гвоздь говорил тихо и вкрадчиво. — Поехали все вместе и на месте во всем разберемся. Не надо пороть горячку.
— Да, командир, ты чего? Мы тебя одного туда все равно не отпустим, — Леший, хлопнул Словника по плечу в знак поддержки.
— Давайте только на базу сообщим, что мы сходим с маршрута, — сварливо произнес Панас.
— Легко, — согласился Гвоздь, нажимая на клавишу микрофона рации. — База, база, прием! Это семнадцатый, мы на двадцать минут отъедим проверить сообщение бабушки — активиста. Прием. Адрес? Записывай, — Гвоздь продиктовал номер дома и название улицы, где жил Словник. — Да, да, это дом где живет капитан. Прием!
— Все нормально, командир, — улыбнулся Гвоздь, — сказали, чтобы через пятнадцать минут вернулись на маршрут.
— Хорошо.
