В июле 1942 года, на Курском, Белгородском и Волчанских направлениях продолжались кровопролитные битвы. Странным образом оживает мир среди взрывов, падающих домов и дыму войны в этом документальном рассказе "Противотанкист".
Пацюк вывел нашу колонну на центральный проспект, и мы покатили по уже знакомой дороге на северо-западную окраину города, где вновь повстречались с командиром третьего батальона.
Глава 21
Загнав машины во двор небольшого домика, расположенного на самой окраине слева от шоссе, и, укрыв их между построек, мы пошли разыскивать командира опорного пункта. Мы — это я и Пацюк, который увязался за мной. Остальных бойцов я оставил с машинами, охранять, ну и поспрошать у местной махры, что там впереди творится. Далеко идти не пришлось, КНП находился в доме справа от дороги, метрах в ста от первой траншеи узла обороны.
— А что сейчас на переднем крае обороны происходит? В обстановку нас не введёте, товарищ лейтенант? — спросил Пацюк у комбата.
— Утром на западе мною была замечена авиация противника, которая бомбила село Подклетное и район восточнее от него, после чего начался артобстрел, а следом за ним противник перешёл в наступление, с захваченного накануне плацдарма.
— Товарищ младший лейтенант государственной безопасности, — вмешался я в разговор, — на чердаке дома наверняка есть наблюдательный пункт, и с него можно всё хорошо разглядеть. Тем более нам нужно ещё дальше на запад по шоссе проскочить. — Отдаю я свой бинокль Пацюку, отсылая его на хутор, чтобы поговорить с комбатом без лишних ушей.
— Да?.. Действительно лучше осмотреться сверху, прежде чем следовать дальше. — Понял намёк Семён. — Это возможно будет сделать с чердака дома, товарищ лейтенант?
— Да, мой НП на этом чердаке оборудован, и с него открывается хороший обзор. — Подтвердил мои догадки комбат.
— Бойко, проводи товарища младшего лейтенанта госбезопасности на НП. — Распорядился он, понукнув своего ординарца или связного отирающегося неподалёку.
— И что там на самом деле творится, товарищ лейтенант? — махнув рукой в западном направлении, спрашиваю я у комбата. — Понимаю, что полная жопа, но хотелось бы выяснить насколько глубокая. — Продолжаю я разговор, отойдя на более открытое место.
— Да уж, жопа… Мой батальон немцы накануне в тонкий блин раскатали. Сегодня остальной полк домолачивают. В батальонах большие потери. Раненых сплошным потоком везли как раз мимо нас.
