В июле 1942 года, на Курском, Белгородском и Волчанских направлениях продолжались кровопролитные битвы. Странным образом оживает мир среди взрывов, падающих домов и дыму войны в этом документальном рассказе "Противотанкист".
Последнюю банку тушёнки от поставщиков из Европы. Была бы наша, килограмма на два, а двести грамм на восьмерых мужиков капля в море, но на котелок супа какой-то навар получится. Тем более таблетки сухого спирта ещё оставались. Хотя бы горячего похлебаем.
Ближе к обеду обошёл все НП, выслушал доклады и проконтролировал ситуацию лично. За общим столом помянули Малевича и вчерне наметили план отхода. После чего снова раскидал бойцов по постам. Но теперь дежурили сменами, так что всем удалось отдохнуть перед ночным прорывом.
Обнаруженный в роще «секрет» противника тихо взяли в ножи, тем более три холуя-полицая не утруждали себя особой секретностью, расслабившись после сытного ужина. Мы же были голодные, потому очень злые, определив место поста по запаху табака, вонючего самогона и сала.
На днёвку залегли буквально под носом у фрицев, километрах в четырёх от линии фронта. Могли бы форсировать Дон раньше, но не рискнули. Марш-бросок сдерживал раненый в ногу Пинчук. Первую часть пути парень ещё держался, а после переправы через речку Трещевка уже занемог, так что пришлось приставить к нему двух человек для поддержки. Зато в этой балке у нас был оборудован хороший схрон с запасом провизии, гранат и патронов, так что за день удалось выспаться и восстановить силы перед финальным марш-броском.
Маршрут отхода РДГ.
Дон решили форсировали уже в другом месте. Вышли в полночь. Скрытно по балкам добрались до Волкова леса, где и установили последнюю противотанковую мину на дороге в тылы противника. Дальше шли уже по нахалке, строем, посылая часовых нахрен, если они окликали. Работали под разведгруппу противника. Тем более пошёл дождь, а в маскхалатах и трофейных плащ-накидках, да ещё с немецким оружием нас от фрицев было не отличить.
