В июле 1942 года, на Курском, Белгородском и Волчанских направлениях продолжались кровопролитные битвы. Странным образом оживает мир среди взрывов, падающих домов и дыму войны в этом документальном рассказе "Противотанкист".
— Кивает головой водила и, достав из кабины «кривой стартер», начинает заводить свой ЗИС.
Глава 3
В ворота как раз въехала полуторка с остальной разведгруппой, так что иду раздавать ценные указания и звиздюли народному ополчению, которое толпой сгрудилось возле ремонтного бокса. Хотя остальные продолжали заниматься грабежом и развратом, загружая в телеги и повозки разный железный хлам. Сан Саныч суетится, бегает от одного к другому, что-то втирает неразумным, но толку от этого мало. Только два пожилых, вооружённых винтовками мужика, неспешно прошли в сторону ворот и это весь результат.
Иду к полуторке, прокручивая в голове первоочередные задачи и составляя план.
— К машине! — командую я своим и строю бойцов лицом к пёстрой толпе.
— Равняйсь!!! Смирно!!! — Отдаю я общую команду для всех, или для тех, кто понял.
— По порядку номеров рассчитайсь!
— Первый.
— Пятый. Расчёт окончен. — Сделал шаг вперёд шофер Сизов и вернулся в строй.
— Вольно! — Расслабляю своих и продолжаю.
— Красноармеец Сизов. — Начинаю я раздавать приказы.
— Я. — Откликается наш водила полуторки.
— Готовишь машину к маршу. Проверь всё и запасись топливом. Особое внимание обрати на светомаскировку, марш предстоит ночной. — Ставлю я ему боевую задачу. — И ещё… В кузове приберись. Трофеи рассортируй, оружие и боеприпасы отдельно, документы, снаряжение, а потом прочее барахло.
— Есть, готовить машину к ночному маршу. — Чётко отвечает водила.
— Петров, Жмыхов. — Продолжаю я сыпать приказами.
— Я.
— Я.
— Берёте пулемёт из машины и занимаете позицию вон на той крыше. Будете контролировать подъездную дорогу к станции. Старший — Петров. — Нежданчики как накануне мне сейчас не нужны, а надежды на народное ополчение мало.
— Есть. Контролировать подъездную дорогу. — Отвечает Гаврила.
— Валеев, Митрохин со мной.
— А теперь вы граждане алкоголики, дебоширы и тунеядцы. — Поворачиваюсь я лицом к толпе будущих ополченцев. — Вы чего тут столпились, да ещё приармянились друг к дружке? Лётку-ёнку собрались станцевать? Или команду не слышали⁈ Быстро разобрались по ранжиру и построились в две шеренги!
Толпа загудела и начала шевелиться, но в конце концов селяне изобразили подобие строя. Ну хоть что-то.
