В июле 1942 года, на Курском, Белгородском и Волчанских направлениях продолжались кровопролитные битвы. Странным образом оживает мир среди взрывов, падающих домов и дыму войны в этом документальном рассказе "Противотанкист".
Следом за ними отправляем тылы отряда, часть на паромы под Рудкино вместе с гужевым транспортом и остальными парнокопытными. Ну а большую часть автотранспорта с имуществом, снаряжением и излишками боеприпасов по Малышевскому мосту в лесной массив возле Трушкино. На парковке в балках оставляем только порожние грузовики для личного состава и санитарный транспорт для раненых. И хотя стоять нерушимой стеной в планах не было (но это у меня), а как поведёт себя средний командный состав после удачного боя, можно было только предположить.
Сначала я хотел отжать у комбата часть сержантов или опытных рядовых для командования сборными отделениями на высоте 163, но рассудив здраво, решил не растаскивать сколоченное подразделение, в котором набранных с бору по сосенке людей также хватало. Обговорили мы с Быковым и пути отхода его батальона на случай прорыва противника.
Поздно вечером приехал комиссар Реутов и привёз пополнение из выздоравливающих «офицеров». Так что со средним командно-начальствующим составом проблем теперь не было. Взводами командовали как лейтенанты и капитаны, так и политруки с интендантами разных рангов. Точнее проблемы как раз таки были, причём с единоначалием и средними командирами, так что пришлось уйти в тень и отдать бразды правления сводным батальоном старшему лейтенанту Кравцову и батальонному комиссару Реутову.
Старший лейтенант Кравцов вернулся из разведывательного рейда с потерями, привезя с собой двух «трёхсотых». Кузов полуторки также был изрешечён пулями, нарвались. Причём уже на отходе. Как рассказал Никита, сначала они проскочили в село Верхне-Никольское и, спрятав машину на одном из подворий, дальше пошли пешком по дну балки.
