В темное утро 13 октября 1941 года, наши танкисты сражаются за Вязьму. Под напором немецких танковых десантов, они бросают все силы на огневую подготовку и оборону города. Сюжет этой книги трепещет от ожесточенных боёв и бесстрашия героев, когда каждое решение жизненно важно....
Ориентиры на берегу реки мною пристреляны, так что если пехота не проспит и вовремя подаст сигнал, поможем, чем сможем. С наступлением темноты, оборудуем несколько огневых точек на самой высоте, так что при атаке немцев, прикроем."
"— А по своим на берегу не ударишь? — спрашивает комбат. — У нас на «пляже» целый взвод окопался.
— Из проведённой мной разведки, я выяснил, что на «пляже» никого нет, всё отделение сосредоточено на крутом повороте реки, и с высокого берега держит под прицелом всё русло, до следующей излучины.
— Не понял? Сержант Кургачёв. Что за херня творится в вашей роте? И почему я, об этом не знаю?
— Не могу знать! Товарищ капитан. После того, как ранило нашего ротного лейтенанта, я командовал взводом и мы, как оборонялись левее моста, так там и остались, ну а командование ротой принял на себя старшина Пилипчук.
— И где этот Пилипчук?
— Сказал, что пойдёт проверить наших в лесу, справа от моста и ушёл, а больше я его и не видел. Потом по цепи передали, что всех командиров рот в штаб, вот я и пришёл.
— Этот ваш старшина, что через Москву пошёл? Там же всего полкилометра.
— А там берегом не пройти, товарищ капитан, даже по-пластунски, немцы из пулемётов как шьют, а траншеи там нет, одни стрелковые ячейки, так что только вдоль шоссе, а там лесом.
— Даже если и так, туда и обратно километров шесть, час ходьбы, максимум полтора. Давно он ушёл?
— Дак с обеда.
— Этого старшину только за смертью посылать. А почему нормальный окоп не выкопали? Время же было, да и расстояние там небольшое, всего по десять метров на человека.
— Ротный сказал, что согласно уставу в ячейках потерь будет меньше, а пока мы мост курочили, потом то, сё, вот и не успели, а опосля немцы не дали.
— Сколько людей в роте? — После небольшого матерного загиба осведомился комбат.
— Тридцать человек, винтовки у всех, плюс два пулемёта, один из них станковый. Это первый и второй взводы, про третий ничего не знаю.
— Что скажешь? Артиллерист.
— Десять человек я видел, ручник у сержанта, все остальные с винтарями. Может и ещё кто был, но десять это точно.
— Итого сорок. А сколько по списку? Начальник штаба!
— С утра было шестьдесят два человека. — Отвечает самый старший из лейтенантов.
— Да. Не густо, и это ещё боя не было, только артобстрел. У остальных как с личным составом? Потери большие? Лейтенант Захаров.
