По тихой лесной дороге мы шли к штабу дивизии — весело щебетали птички, осенний солнечный свет радовал сердце. В третью декаду ноября всё ещё тепло и ярко, даже вдали можно увидеть расцветшие листья. Я бы неплохо отдался бы такой свежести природы, но шинели уже не ждут — зима почти рядом....
С пехотой ещё пободаемся, с лёгкой бронёй опять же… — Мишка замолчал.
— Ты свои пушки, выдвини вперёд и левее, ближе к оврагу, причём уступом. Чего вы к этой дороге прижались? Как дитё к сиське. Вас же передавят там как жуков. А так фланг себе прикроете, да и тыл тоже.
— Да говорил я лейтенанту. А он ни в какую. Говорит приказ. Молодой, только из училища. Пороху только на днях понюхал, живого танка в глаза не видел.
— Значит, плохо говорил… Ладно, придумаем что-нибудь, пошли, а то водка прокиснет.
— Чуть не забыл, — Мишка достаёт из кармана бутылку с какой-то жидкостью. — На вот, на новоселье.
— Это что? Пить? — Пытаюсь я определить что внутри, нюхая пробку."
"— Можешь пить, можешь бородавки мазать, а можешь от мандавошек лечиться. А нормальные люди, его в лампы заливают. — Решил приколоться Мишаня.
— А где ты тут видишь нормальных? Раз принёс, будем пить, а водку на опохмел оставим.
— Да я же пошутил, — начал оправдываться он.
— А я нет.
Заходим в блиндаж.
— Ого, богато живёте, хоромы. У нас только Великанов не нагибаясь ходит, остальные буквой «зю».
— А ты как хотел? Мы тебе не кроты, чтобы в норах жить. Иди на свет. — Свободное от нар место располагалось справа от входа, примерно метр на два. Узкий коридор начинался прямо от двери, и заканчивался в шести метрах торцевой стеной, в которой и была устроена печка.
— Доставай кружки Федя, — говорю я, откупоривая бутылку, сейчас пить будем. Хорошо подогнанная затычка, подавалась с трудом, и по мере того, как я её вытаскивал, Мишкино удивление росло всё больше. И, в конце концов, Мишаня не выдержал, остановив мою руку, когда я сделал вид, что разливаю.
— Совсем больной? — шёпотом возмутился он, так как из бутылки уже явственно доносился запах самогона, то бишь керосина.
— Не пузыри, шютка. Федя, — где у нас коптилка? Пойдём, подсветишь. — Светильник заправили на улице, нюхать пролитый керосин в жилище, не очень-то хотелось. Хотя со временем всё равно будет вонять, но пока пахло хвоей, что напоминало о новогодних праздниках.
