В заседании штаба своего броневика перед глазами посыпались тревожные строки: "Внимание! Род ваш объявлена врагом. Ваш род сможет выжить только одержав победу или подписав мирное соглашение, которое приносит значительный выигрыш". Уловив хруст сухой бумаги под пальцами, провинциал понял, что война объявлена и он должен действовать быстро.
— Ага, — выдохнул я, — замахался я с ним, он весь обколотый был…
— А отчего он умер то? — поинтересовался Семён, — смертельных ран я на нём что-то совсем не наблюдаю, — и уставился на меня вопросительным взглядом.
— Инсульт наверное, — предположил я, поскольку точно не знал, каким именно образом мои наниты с ним разделались…
— Не, — отозвалась Зоэ, — на этот раз разрыв аневризмы аорты.
Я озвучил этот диагноз Семёну, и тот не по детски задумался, а потом выдал, — да, надо вести здоровый образ жизни и по утрам бегать, а этот по утрам бухал, наверное.
Я попросил Проньку оказать содействие Семёну в досмотре захваченного бункера, да и вообще, всего этого немаленького дома на предмет обнаружения всяческих ухоронок, тайников и прочих заначек.
И, пока они, со всем присущим хомякам азартом, занимались обыском, я озаботился другим, не менее важным делом.
Я, прихватив с собой Истер и Лизу, решил поговорить с вдовой Троекотова.
Следовало сейчас, пока она не пришла в себя от сегодняшнего потрясения, составить документ о капитуляции.
Кроме того, я видел хорошую возможность вообще ликвидировать род Троекотовых, убедив вдову документально оформить от лица несовершеннолетней дочери, ну, и своего лица, разумеется, отказ от рода.
Аргументы у меня есть. Причём достаточно убедительные.
Лизонька моя вызвалась оформить все нужные бумаги надлежащим образом, а Истер мне была нужна в качестве живого детектора лжи, ну и вообще, для того, что бы считывать эмоциональное состояние нашей собеседницы.
Мы нашли относительно неплохо пережившую сегодняшнее утро комнату. Мои ребята затащили туда большой стол, кресел натаскали, и даже бутылку газировки и несколько высоких стаканов нашли.
Да, всё на высшем уровне, как в лучших домах, хе-хе.
Сами переговоры много времени не заняли, и прошли довольно легко.
Я изложил Февронье Климовне свои соображения о вариантах её будущего. В общем-то, основных вариантов было два.
Вариант первый. Она следует моим советам и отказывается от рода и каких-либо претензий на движимое и недвижимое имущество, которое отходит почти целиком мне.
За ней закрепляется только домик у моря с земельным наделом, и небольшая рента.
Эта рента обеспечит существование и её, и дочери, причём, на вполне приличном уровне.
В дальнейшем средств хватит и на то, чтобы профинансировать получение дочерью приличного образования.
В общем, вариант тихой жизни. Сравнительно безоблачной и независимой.
И вариант второй. Она не отказывается от рода.
