В громадном кабинете Петра Сергеевича всё дрожит от напряжения. Он идет по широким дорожкам, готовясь к большой схватке. Только что он узнал о подготовки атаки на владения Антоновых, несмотря на то что планы изменились, теперь приходится действовать быстро.
— Нет, — в разговор теперь вступила Ня, но, судя по тому, что она таки заговорила, то речь у неё пойдет о чём-нибудь кровавом.
Она всё-таки хищница, хоть и разумная, и вполне себе гуманоидно выглядящая. И всем переговорам и прочим разным мирным процессам предпочитает хорошую драку.
И теперь она излагала своё видение возможных направлений приложения наших сил:
— На самом деле разыскать миры, где нет разумной жизни, и где может прижиться этот самый Мицелий, я думаю, большого труда не составит.
— Поддерживаю, — сказал я, удивившись тому, что ни о каком насилии речь пока не пошла.
— И, кроме того, мы должны получить возможность уничтожения этого монстра — она заканчивала речь именно, что в своём духе, — таким образом мы обеспечим гарантии выполнения им достигнутых договорённостей.
Удивляться я тут же перестал.
Бескомпромиссная ликвидация оппонента — это жизненное кредо нашей ласковой кисули. Помнится, и в нашей истории был один весьма суровый политик, которому приписывают авторство крылатой фразы: «Есть человек, есть проблема, а нет человека, нет и проблемы»… Такая же логика.
— Как же ты собираешься его уничтожать? — поинтересовался Семён, — ты его своими мечами то не достанешь…
— Надо думать, — икати не считала задачу невыполнимой, — любой организм смертен, только к каждому нужно иметь свой подход. Кому-то можно без особых затрат горло порвать, а с кем-то и повозиться приходится. Но конец-то всегда один, — и она кровожадно оскалилась.
И тут я с ней согласен.
В нашем фольклоре был один, условно-бессмертный персонаж. Звали его Кощей Бессмертный.
Но бессмертным в полном смысле этого слова он таки не был.
Просто для того, чтобы он, наконец, помер, нужно было выполнить массу условий. Это было трудно, муторно и весьма затратно."
"Но, если всё сделано правильно, этот самый Кощей умирал не хуже всех прочих разных.
— На самом деле, тут не то, что бы совсем всё просто. Скорее, совсем даже наоборот, — глубокомысленно произнесла Эви, — но я вижу пути решения этой задачи.
— Какие же? — полюбопытствовал Семён.
— Первое, что в голову приходит, это применение какого-нибудь дефолианта, токсичного для этого организма, — в вопросах воздействия всякой химии на живые организмы Эви была весьма компетентна, она же, помимо того, что хирург и целитель, ещё и фармакопею изучает, и, как мне как-то обмолвилась Истер, и к зельеварению начинает присматриваться. Вообще, очень любознательной девушкой она оказалась.
