В громадном кабинете Петра Сергеевича всё дрожит от напряжения. Он идет по широким дорожкам, готовясь к большой схватке. Только что он узнал о подготовки атаки на владения Антоновых, несмотря на то что планы изменились, теперь приходится действовать быстро.
А глава рода за весь род…
С этими мыслями я сгрёб со стола коммуникатор, и отправился в мастерские.
Там круглосуточно, только с перерывами на короткий сон и еду, фанатично камлал и шаманил Серёга Карнаухов.
Надо поподробнее ознакомиться с тем усилителем полей отторжения, что он сваял на коленке. И если у него получилась достаточно эффективная и надёжная штука, то надо будет её примонтировать к нашим щитам, что прикрывают усадьбу.
А то осаждающие опять, вон, оживились, долбят и долбят, дятлы неугомонные.
А с утречка-то как хорошо было, тихо так…
Пётр Сергеевич Овечкин принимал доклад главного военного специалиста, руководящего осадой имения Антоновых.
Господину Дратвину, откровенно говоря, похвастаться было совсем нечем."
"За минувший день, как следовало из его доклада, сгорело три склада ГСМ, осаждённые нанесли удары по ПВД батальона обеспечения, уничтожили склад с расходниками и запчастями к боевой технике.
Мало того, они даже умудрились повредить десяток шагающих танков, три из которых теперь уже можно смело списывать в утиль, так как восстановлению они точно не подлежат.
А достижений никаких. То есть, совсем никаких.
Защитный купол поместья подвергается непрерывным атакам. Но признаков, пусть даже незначительного, истощения энергетического заряда не наблюдается. Прямо, заколдованный какой-то купол.
— Вы же говорили, что надёжно заблокировали поместье? — Пётр Сергеевич был явно раздражён.
— Да, мы перекрыли все входы и выходы, окружили объект непрерывной полосой укреплений, — подтвердил Дратвин, уже зная, какой вопрос будет следующим.
И, что самое неприятное, ответа у него на этот вопрос не было.
Были только предположения. Фантастические такие предположения. С реальностью не имеющие ничего общего.
— Аполлинарий Александрович, а как вы тогда объясните все те безобразия, что творятся в вашем тылу?
— У меня нет сколь-нибудь правдоподобных предположений на этот счёт, — признался подавленным голосом Дратвин, — разве только если у Антонова появились какие-то союзники…
— Ерунда, — безапелляционно оборвал его бормотание Овечкин, — для того, чтобы выступить союзником одной из сторон в войне родов, прежде, чем принимать участие в боевых действиях, необходимо в установленном порядке зарегистрировать своё участие в конфликте.
— Ну, тогда я не знаю, — Дратвин действительно терялся в догадках, — мы даже проверили сканерами пустот всю прилегающую к имению местность.
