Нежданно став главой рода, герой вынужден вести своих людей через враждебный мир, где его подстерегают коварные враги, опасные чудовища Хаоса и безжалостный космос. Каждый день борьба за выживание и защита близких становятся его главным призванием.
Их оказалось удивительно много, но начать он решил с самого начала:
— Первая странность, — это гибель моего нанимателя, Василия Силыча Троекотова, — наткнувшись на вопросительный взгляд аквамариновых глаз, он нервно сглотнул, и попытался пояснить, в чём он, собственно, увидел странность, — дело в том, что Троекотова достали даже в бункере. А прорваться снаружи в это убежище против желания того, кто находится внутри, было совершенно нереально. По крайней мере теми силами, которыми Антонов штурмовал поместье. Тем не менее, судя по полученным ранениям, Троекотову пришлось сражаться, хотя умер он от разрыва аневризмы, да…
— Спасибо, — в голосе дознавательницы Дратвин с удивлением уловил нотки благодарности, — вы уверены в том, что это было действительно невозможно? — и она впилась в Дратвина колдовским взглядом.
— Да, — неожиданно для себя хриплым голосом ответил Аполлинарий, против своей воли ощупывая глазами спортивный торс Алевтины, особое внимание уделяя налитой груди, которая казалась ему всё более и более соблазнительной.
— Что со мной? — недоумевал он, — как ей это удаётся?
Алевтина же довольно улыбнулась тонкогубым ртом и написала несколько строк на листочке бумаги, который лежал перед ней. После чего опять посмотрела на Дратвина из-под полуопущенных пушистых ресниц.
Его от этого аж передёрнуло… А она, сполна насладившись смятением, проступившем на лице Аполлинария, с улыбкой превосходства перевела взгляд на его рефлекторно сжимающиеся пальцы…
Дратвин же совершенно не понимал, что с ним творится и прилагал поистине титанические усилия к тому, чтобы выглядеть, всё таки, как цивилизованный человек, а не как перевозбуждённый бабуин.
— Продолжайте, продолжайте, — промурлыкала Алевтина, почувствовав, что теперь может невозбранно вить верёвки из допрашиваемого."
"Аполлинарий затравленно посмотрел в лицо истязательницы и начал говорить.
— Какая замечательная штука, оказывается, эти духи с аттрактантами, — подумала Забелина, — теперь клиент вместо того, чтобы следить за своими словами, предельно концентрируется на том, хи-хи, чтобы штанишки не испачкать. Главное, это не перегнуть палку, а то ведь набросится, разложит меня тут на столе… Хотя… — она рефлекторно сдвинула ощутимо подрагивающие бёдра и прислушалась к дивным, сладостно-тянущим ощущениям внизу живота…
Почувствовав, что тоже понемногу теряет контроль, Алевтина, наконец, спохватилась, внутренне встряхнулась, не без труда вернув течение своих мыслей в деловое русло.
