Внутренняя битва провинциала: разгром секты и подготовка следующего шага. Я успешно приблизился к цели, пока главарь не почувствовал мою угрозу. Теперь действуем с умом и осторожностью — готовимся к новой волне событий в своей драматической интриге.
Мысли, циркулировавшие в его черепе, несколько беспокоили уголовника и рождали у него чувство дискомфорта.
Хотя, казалось бы, всё не так уж и плохо складывалось. Выяснилось, что с Горлохватом смогли уйти пятнадцать не самых худших бойцов его бригады, а значит, сейчас за ним, за Юргеном, все-таки стоит, какая-никакая, а сила.
Само собой, раньше у него было гораздо больше людей, да и качество у них было повыше… Ну, так то раньше… Лучшие легли при налёте Антонова на собрание сектантов, чтоб Антонову этому ни дна ни покрышки…
Так сложилось, что перспективный проект с сектой накрылся из-за мерзавца Антонова медным тазом.
Эх, жаль, конечно, но с крахом секты жизнь всё-таки не закончилась…
Да и Овечкин наконец что-то придумал, и уж десяток-то миллионов с этого Юрген точно поимеет.
Дело в том, что в настоящий момент Юрген как раз и шёл к Овечкину.
А этот бизнесмен и аристократ, похоже, от кого-то тщательно скрывался, иначе зачем бы ему было наряжаться в дайну при их прошлой встрече?
Да и сейчас, забрался в такие дебри, что случайный человек, даже зная адрес, всё равно не сможет найти схрон, где Овечкин затихарился.
Но Юрген заранее получил помимо адреса ещё и и схему маршрута, а потому двигался довольно уверенно.
Но, вот он и на месте. Небольшая площадь, на которую выходят всего одни ржавые ворота и темнеют два проулка, уводящие дальше, в лабиринты переходов промзоны.
Он в нерешительности остановился и потянулся за коммуникатором, чтобы известить о своём прибытии на место.
Но не успел…
— Мил человек, — из-за спины неожиданно прозвучал надтреснутый стариковский голос.
Юрген молниеносно обернулся, тиская в кармане рукоять портативного излучателя.
Развернувшись на голос, он с удивлением увидел старика, одетого в обноски, а голову этого персонажа украшала настоящая ушанка. Весьма потрёпанная.
— Какое ретро, — удивился про себя Юрген, изучая глазами ухмыляющегося деда и его антикварный головной убор.
— Пожалте сюда, — дед широким жестом указал на узкий дверной проём, открывавшийся в, казалось, совершенно монолитной стальной стене.
— Здоров ли хозяин? — задал Юрген условленный вопрос.
— А что с ним, с иродом-то сделается? — проскрипел в ответ старик и щербато улыбнулся.
— Отзыв правильный, — отметил про себя Юрген, а потому, хоть и не без опасений, но шагнул в темнеющий перед ним проём…
— Ну, садись, — Овечкин пребывал в благостном расположении духа, что ещё больше раздражало Юргена.
— Не садись, а присаживайся.
