Договорить не успела, Антон перебил.
— Кому услуги-то идешь предлагать? — он спустился со ступенек, — Моему отцу?
— Вообще-то тебе.
Антон, не спеша, как кот вокруг мыши, подходил ко мне.
— А мне интересно, чтобы ты делала, если б вломилась в баню и увидела там моего папу?
— Было видно, что он еле сдерживается, чтобы не заржать.
— Я бы не вломилась, — насупилась я, — я бы в окошко подглядела сначала…
Тут он не выдержал и расхохотался на весь двор.
— Да тише ты! — ткнула я его в плечо, — Блин, меня комары чуть не сожрали, и я сюда бежала, как лошадь, и вообще…Ржет стоит!
Он пытался смеяться тише, но у него не очень-то получалось.
— Сын, это ты? — раздался где-то в коридорчике женский голос. Я с перепугу махнула в темный уголок сада, зацепилась волосами за ветку яблони, зашипела от боли, а потом услышала рычание. Из-под дерева на меня смотрели глаза-бусины маленькой черной псины дворняги.
— Воевода, ко мне! — позвал Антон, и мелкое черное существо ринулось к нему. Господи, собака все-таки была. На крыльцо вышла женщина.
— Ты чего еще здесь? Отец уж выйдет сейчас, он долго в жаре не может.
— Да я с Воеводой разговаривал.
Надо отдать должное воинственного в Воеводе было только погоняло. А в целом дворняга была добрая, на меня не лаяла, так только оглядывалась и зыркала своими бусинами. Я выдрала свои волосы из яблоневого плена, Антон что-то еще сказал маме и та ушла. Только я хотела выползти из своего укрытия, как появился отец Антона. Слава Богу, не голышом. А то я сначала даже зажмурилась.
Он шел в банном халате до пят, и был копией своего сына. Вернее, сын был копией отца.
— Ты что так долго? Я уж помылся, жарко там, сил нет.
— Ну, хорошо, попарюсь тогда, — отозвался Антон, сев на корты и поглаживая пса.
Когда папа зашел в дом, я для профилактики выждала еще пару минут.
— Ну, и что ты там высиживаешь? Пошли уже, — позвал Антон в полголоса.
Я прошмыгнула мимо него в сторону бани, он шел следом, не переставая смеяться.
Я заскочила в предбанник. Тут стоял небольшой диванчик, столик, к стене были прибиты крючки для одежды.
В печке трещали дрова. Духотища была такая, что я тут же покрылась потом. Что ж тогда в бане творится?"
"Я обернулась. Антон вошел и закрыл за собой дверь на щеколду. Я приготовилась к беседе, как бы нужно было объяснить, как я дошла до такой жизни, что по баням скитаюсь. Не успела. Антон дернул меня к себе и поцеловал. От него пахло каким-то парфюмом, но совсем издалека, а еще машинным маслом и почему-то травой.
