Выглядел тот, скорее, как неопрятный подросток, чем отец двоих детей: длинные, сальные, светлые волосы, лезущие в глаза, желтые нечищеные зубы, прыщеватая физиономия, грязная рубашка.
– Сколько вам лет? – спросил Ноэ.
– В следующем месяце будет двадцать два.
– Верно. Больше чем полгода назад я развелся с Эмили, потому что встретил другую женщину, с которой хочу быть вместе. Ее зовут Нора, и мы собираемся пожениться. Я начинаю новую жизнь, но Эмили считает, что мне следует платить алименты на детей, а по-моему, это несправедливо.
– И вы желаете, чтобы я помог вам найти способ выкрутиться и не платить алименты?
– Ну да, именно это мне и надо. Мы ведь больше не муж; и жена, так что теперь это ее дети. Они остались с ней, а я уже сказал, что начинаю новую жизнь.
Мишель стояла в Дверях, покачивая на руке пустой кувшин. Она слышала, о чем идет речь, и, судя по тому, как напрягся Тео, он ужасно зол. Однако его тон по-прежнему оставался мягким и учтивым.
– Кори готов начать новую жизнь, – пояснил он Ноэ.
– А ты готов ему в этом помочь? – осведомился Ноэ, ставя бутылку на стойку.
– Позволь мне, – улыбнулся Ноэ.
– Можешь подержать дверь.
Мишель шагнула было вперед, но остановилась. Тео действовал с поразительной быстротой. Только мгновение назад он беседовал с Ноэ, и не успела она оглянуться, как он обогнул стойку, одной рукой сгреб Кори за шиворот, другой – за джинсы и потащил к выходу. Ноэ забежал вперед, распахнул дверь и поспешно отодвинулся, чтобы дать возможность Тео вышвырнуть мерзавца за порог.
– Вот это я называю началом новой жизни, – протянул Ноэ, захлопывая дверь. – Маленькая сволочь!
– Это еще слабо сказано.
– Одного не пойму – как этой образине удалось запудрить мозги сразу двум женщинам? Неужели они не видели, с кем спят?
– Да уж, в хорошем вкусе их трудно упрекнуть, – рассмеялся Тео.
Мужчины направились к стойке, но в этот момент дверь снова распахнулась, и в бар ворвались трое. Последний выглядел кем-то вроде вышибалы, которого слишком часто и больно били по физиономии: при огромном росте и весе лицо напоминало лепешку, а нос, очевидно, был несколько раз сломан. Словом, вид у него был самым устрашающим, а в лапище была зажата бейсбольная бита.
– Который из вас, задниц вонючих, Тео Бьюкенен?
Ноэ уже успел повернуться и не сводил глаз с бейсбольной биты. Мишель увидела, как он завел руку за спину и расстегнул кобуру.
Бар опустел. Даже Поли, известный своей медлительностью, оказался на улице всего секунд через пять.
– Мишель, иди на кухню и закрой дверь, – велел Тео, прежде чем обернуться. – Тео Бьюкенен – это я, А который из вас Джим Карсон?
– Ну я Джим Карсон, – объявил самый маленький из троих.
– Я надеялся, что вы забежите на огонек.
– Интересно, кем это ты себя вообразил? – вспылил Джим.