Рядом с выложенной камнями дорожкой валяются опрокинутые горшки с геранью. Цементные кашпо, в которых они стояли, разбиты.
Мишель повела его к черному ходу. Мешки с мусором разорваны, металлический мусорный ящик перевернут. Задний двор напоминал помойку.
– Я только что покрасила дверь, и смотрите, что они с ней сделали.
На белой эмалевой краске двери чернело слово «сучонка». Тео отметил отсутствие ошибок. Мишель показала на брошенный баллончик.
– Они взяли краску из моей кладовки.
Тео снова осмотрел задний двор и отошел в сторону, давая Мишель возможность вставить ключ в скважину. Проскользнув мимо него, она вошла в дом и зажгла свет.
Все три смотровые, казалось, нетронуты. Если не считать непристойностей на стенах, все цело, включая столы и шкафчики. Двери открыты, инструменты и лекарства разбросаны, но ничего не сломано и не испорчено. А вот в кабинете совсем иная картина. Тео даже присвистнул, когда увидел. Комната выглядела так, словно по ней пронесся циклон. Письменный стол лежит на боку, ящики вырваны и разбиты, повсюду разбросаны бумаги.
– Видите, у меня времени не было прибраться. Только взглянула и сразу позвонила Бену.
Тео уставился на старый диван. Кто-то из погромщиков поработал над ним ножом. Бордовая кожа вспорота, из дыр лезет вспученная набивка. Похоже, кто-то намеренно взвинчивал себя. Посмотрите, что эти мерзавцы сделали с моей дверью, всегда закрыта, но не заперта. Все, что им нужно было сделать – повернуть ручку. Они здорово потрудились, срывая ееее с петель.
– Вероятно, именно в эту минуту обнаружили, что вы не держите здесь жестких наркотиков.
Мишель пошла по коридору.
– Интересно, что вы скажете, взглянув на передние помещения! Там вес куда страшнее!
Но Тео продолжал стоять на пороге, обозревая разрушения.
– Воссоздаю общую картину.
– Какую картину? Тео покачал головой.
– Интересно, почему ваши отец и брат не начали уборку? Джейк говорил, что предлагал вам помочь, но вы запретили ему и пальцем к чему-либо прикоснуться. В чем дело?
– Сначала я должна собрать истории болезни или по крайней мере присутствовать при этом, чтобы своими глазами увидеть, что пропало. Сведения, содержащиеся в них, конфиденциальны, и мне нужно быть уверенной, что все истории снова заняли соответствующие папки.
– А я думал, что вы еще не открыли клинику.
– В таком случае откуда взялись истории болезни?
– От доктора Робинсона. Он покинул Боуэн два месяца назад и отослал их мне. Я узнала об этом только после его отъезда.
