Признаю, мой коллега несколько заговорился.
— Это верно, — хмыкнул Чемпион. — Определенно заговорился.
— Но ты должен понимать, — продолжил Мур. — У тебя нет знаний и опыта в сфере управления. Твое вмешательство в дела корпорации вызвало некоторое проблемы и раздражение куда более опытных администраторов.
Игнат молчал, поэтому Мур продолжал развивать мысль, и получалось довольно складно. Понятно, о чем он говорит — запросы Кедрова пробивали настоящую дыру в финансах Терры. Но куда хуже было то, что он вмешивался в бизнес.
— Поэтому неудивительно, что мы хотели делать свою работу без твоих вмешательств, — продолжал Мур. — Просто хотим, чтобы ты не влиял на нашу политику, используя примитивное «право сильного».
— Верно, — внезапно встрял в разговор тот самый закашлявшийся ранее директор. — Мы по-прежнему хотим сотрудничать и помогать тебе. Просто оставь нам нашу часть работы и занимайся своими делами.
— Ага, — усмехнулся хаосит. — А то, что вы начали использовать моих сверхов как наемников без моего ведома — это чьи «дела»? Не похоже на честное сотрудничество.
Мур и остальные переглянулись. Ситуация была нехорошей. Слово опять взял тот самый председатель собрания, который ранее не мог откашляться.
— Господин Чемпион, — произнес он. — Признаю, здесь мы хватили лишнего. Однако мы УМЕЕМ делать бизнес и благодаря нам корпорация процветает. Мы же поставляем вам нужные ресурсы. Мы нужны друг другу.
Игнат с удивлением посмотрел на наглого директора. Удивительно, но тот вполне успокоился и, похоже, считал, что может говорить на равных.
«Недолго их держал страх», — подумал Игнат.
Сейчас он был куда опытнее в ментальном сканировании, а потому мог понимать, что творится в головах у директоров. А те были настолько ослеплены свалившейся в их лапы властью, что уже забыли страх перед Чемпионом. Они вполне были уверены, что смогут договориться и даже на своих условиях.
Игнат задумался над своими действиями. Конечно, можно было бы припугнуть этих людей и на какое-то время это помогло бы. Однако это лишь отсрочит проблему, да еще и потенциально усложнит ее. Страх перед ним превратится в ненависть.
«Сменить правление корпорации? — предположил он. — Но на кого? Да и в будущем новые управленцы также захотят больше власти».
Проблема была даже не конкретно в этих лоснящихся от самодовольства корпоратах, а в человеческой сущности в целом. И распространялась она не только на Терру, но на всю человеческую цивилизацию. Власть меняла и портила людей.
