Автор
Идуны тянутся впереди. Себастьян касается ее плеча, и сразу же вокруг них складывается напряженная атмосфера — будто пропасть между ними только стала шире. Она сдерживает свои порывы, но чувствует, как гормоны рвутся вверх, готовые сделать то, чего она не хочет делать.
— Как я рада, что с тобой уже все в порядке! И очень хорошо выглядишь — просто светишься!
Может, это сияние материнства? А если Джинджер — она очень умна — поймет, что это значит? Марианна вновь почувствовала себя неловко.
— Спасибо, Джинджер, — выдавила она дрожащим голоском, который отразился эхом от высокого потолка зала.
Джинджер провела ее в гостиную. Сквозь огромные окна видно было, как в небе зажигаются первые звезды. Драгоценный паркет покрывали легкие персидские ковры, два дивана в стиле королевы Анны были обтянуты голубой тканью с белым кантом.
Марианна считала дизайнерское решение этой гостиной своим лучшим творением, так как прежде всего старалась отразить в нем образ мыслей тех, кто жил и работал здесь.
Джинджер дотронулась до ее локтя.
— Сейчас все на балконе, доедают десерт. Но я оставила порцию для тебя. Сегодня у нас твой любимый шоколадный чизкейк.
Когда Марианна собиралась к Лэндисам, она решила придерживаться делового стиля, без всяких угощений, болтовни за столом и тому подобного. Но беременность диктовала ей новые правила. Сейчас ради шоколадного чизкейка она была готова по углям пробежаться, а не то, что пренебречь деловым стилем.
— Спасибо за заботу!
Джинджер чуть помедлила, прежде чем распахнуть дверь на балкон.
— Хоть вы с Себастьяном и развелись, это не значит, что мы стали любить тебя меньше.
Она говорила это и раньше, но услышать ее слова после развода было особенно важно. Тем более Джинджер еще даже не подозревает, что скоро она станет бабушкой.
— Ты была для меня дочерью в течение девяти лет, и это невозможно вычеркнуть из жизни. Да я и не хочу этого…
Вот и слезы навернулись на глаза! А как будет счастлива Джинджер, когда узнает про ребенка! Можно не сомневаться, это известие перевернет всю жизнь семьи. Бог знает, сколько они с Себастьяном мечтали об этой минуте — когда они смогут подарить Джинджер звание бабушки.
И они пережили эту минуту, когда Софи появилась в их доме в возрасте двух дней от роду. Еще одна слеза пробежала по щеке.
— Спасибо, Джинджер, вы для меня всегда будете близким человеком.
Джинджер достала бумажный платок из коробки, стоявшей на вишневом резном столике, и подала ей.
— Я знаю, дорогая."
"Марианна насухо вытерла глаза и приготовилась к встрече с компанией за столом.
