В зеркальном отражении жизни, книга "Психолога вызывали?" погружает читателя в мир жестоких сцен и невыносимой боли, где каждый вздох кажется последним. Страшная атмосфера дикого неразберихи и ужаса влечет за собой волнующий сюжет, который невозможно оторваться.
Дескать, не любишь ты нас, видишь, от любопытства томимся. Утолила я их голод только после того, как сама наелась. И куда в меня только влезло! Видимо, утехи ночные калории пожирают в большом количестве.
— С письма все началось, — стала я рассказывать девочкам свои приключения. — Вот, видимо, так у нас, у девочек, женский мозг противоречиво устроен. Как две личности сидят — умная и дура. Поумней — “не верь”, говорит, “письму”, а подурней — “может сбегать и одним глазком глянуть?”. А когда еще и инстинкты в спор вмешиваются — пиши пропало.
Я замолчала.
— И?
— Ну и “и” было. Согласилась я за него замуж пойти, если он от короны откажется. Ну не могу я, девочки, гарем вытерпеть. Для меня путь в жены принца — путь в Соляную пещеру.
В окно постучали. Две фигурки со стрекозиными крылышками выписывали кренделя за стеклом. Кира впустила семью компаньона.
— Никусь! — да что ж это такое, на одну брачную ночь тебя нельзя оставить без присмотра! — завопил фей. — Вот и Динь моя тоже так считает, что за тобой, бедовой, глаз да глаз нужен. Знаем уже все новости.
Я кивнула:"
"— Все хорошо, конечно, — только с очередью у гвардейской что делать? — выступила вперед Кира и поставила на стол увесистый горшок с монетами. — Я все распродала, а еще меня заставили списки ожидания записать,— и она помахала увесистой кипой бумаг.
— Феюшка, — обратилась Ариадна к Орлу, — поживите еще месяц здесь. Впрок запасов наделаем, а потом кораблем отправим вас в Кукуй.
— К Джарлету! — выпалила я. — Покои за ним все равно останутся. Сын как никак. Киру к нему типа хранительницей покоев на месяц назначим, и будет она у нас там наливку гнать.
Я похлопала служанку по руке:
— Потом сама решишь. Приданого заработаешь. Можешь ко мне в Фейхуовку, можешь замуж.
