Я поступил ровным счётом так же.
Странный человек пошёл от нас прочь, к колодцу, так и не оглянувшись, засеивая андерит клевером. Он выглядел одновременно очень больным, растерянным и раздражённым. Краем сознания я отметил, что Оделии и близко с ним не было.
От колодца перепуганной перепёлкой метнулась женщина, до этого прятавшаяся там. В чепце и коричневом платье, быть может, жена кого-то из младших командиров, она бежала прочь.
«Клевер» выпрямился и проследил за её бегством. Теперь я видел его лицо — плоское, с большим ртом и вытаращенными, похожими на рыбьи, глазами. Ни ресниц, ни бровей. Светло-жёлтые немытые жидкие волосы стоят дыбом над высоким лбом. И казался он озадаченным. Как кот, который недоумённо спрашивает у самого себя, провожая взглядом улепётывающую мышь: «Это она серьёзно собирается от меня убежать? Какая глупость!»
Женщина, уже оказавшаяся возле разваленных ворот, ведущих в соседний двор, споткнулась, упала плашмя, прорастая цветами, превращаясь в страшную кочку из костей и плоти.
Плоскомордый не стал проверять, жива ли она, прекрасно зная результат. Неуютными рыбьими глазами он смотрел на нас. Секунду.
— Бежим! — крикнул я.
Его большой рот улыбнулся, на мгновение появился лиловый язык, под которым золотом блеснула руна. Меня и девушку на дюйм приподняло над землей, и мы понеслись к нему, словно нас тащило на невидимой веревке. Ида вскрикнула, забарахталась, я же приготовился, зная, что у меня лишь один шанс, и рубанул саблей ему по лицу, как только мы застыли перед ним, всё так же болтаясь в воздухе без всякой опоры.
Он поймал моё запястье стальными пальцами, сжал так, что я выронил саблю. Глаза с молочной радужкой уставились мне в лицо, рука притянула к себе, и я отметил, что кожа у этого человека желтоватая, а по щекам вьётся очень мелкий красный рисунок — татуировка. Символы мне были знакомы — старый язык народа квелла. Читать его я не мог, но эти буквы иногда находили на изваяниях в Иле.
Куда интереснее было то, что среди букв то и дело попадался рисунок цветущей магнолии.
Я знал, чей это знак — Осеннего Костра. И, выходит, перед нами один из её слуг. Надеюсь, что слуг, а не учеников.
Впрочем, нам и этого достаточно. Не представляю, как противостоять таким созданиям.
Пальцы его левой руки легли мне на темя, и я понял, что ещё секунда, они сомкнутся и мой череп будет раздавлен, точно пустая яичная скорлупа.
